Книга Телохранитель для мажорки, страница 84 – Татьяна Катаева, Татьяна Огнева

— Моя девочка… — выдохнул я и постучал по стеклу.

Сначала она не заметила. Потом резко обернулась, нахмурилась. Её глаза расширились, губы приоткрылись, а потом — смех.

Честно говоря, я думал, что после всех операций и крови, после крика, воды и боли — ничего уже не сможет выбить из колеи. Но стоило увидеть, как Марьяна смеётся, стоя у окна, с той самой искренней улыбкой, которую она выдаёт только когда действительно счастлива, — и всё внутри перевернулось.

Да, я, возможно, идиот. Да, я влез в окно больницы на пожарном подъёмнике, рискуя сорваться вниз с четвёртого этажа. Но, чёрт возьми, оно того стоило.

Марьяна выглядела уставшей — бледная, глаза чуть припухшие, волосы небрежно собраны. Но всё равно… красивая. Та самая, упрямая, сильная, огненная. Моя.

— Артём?! — её губы шевелились, но голос я не слышал — стекло глушило.

Я усмехнулся, приложил палец к губам и показал жестом: «Открой». Всего одно мгновение — и она уже тянула за ручку и открыла окно.

Порыв ветра ворвался в палату, трепанул шторы, зашевелил её волосы.

— Ты что, с ума сошёл?! — прошептала она, когда я, держась за поручень подъёмника, подался ближе. — Это же четвёртый этаж!

— Я обещал, что не оставлю тебя, — ухмыльнулся я. — Вот, выполняю обещание.

— Артём… — она то ли хотела выругаться, то ли рассмеяться, но вышло что-то среднее.

— Мне, между прочим, нельзя было к тебе, — продолжил я. — Так что пришлось искать обходные пути.

— Да уж… оригинальные, — усмехнулась Левшина, вытирая глаза. — Тебе бы не солдатом, а каскадёром работать.

Мы оба замерли на секунду. Ветер играл нашими голосами, пахло чем-то родным — цветами, свободой и её духами.

— Ты ведь знаешь, — сказал я, глядя прямо в её глаза, — если бы не ты, я бы не выкарабкался.

Она кивнула. Нервно, немного настороженно.

— И я бы не выжила без тебя, — тихо ответила она. — Но, Артём… отец… он ведь тебя убьёт.

— Пусть попробует, — усмехнулся я. — Хотя, может, и убьёт. Но сначала я должен сказать кое-что.

Я достал из кармана маленькую бархатную коробочку. Марьяна прикрыла рот рукой, её глаза увеличились в размерах, но от этого она стала ещё красивее.

— Ты…

— Знаю, — перебил я. — Глупо. Нелепо. Без разрешения. Без плана. Но я не хочу ждать, пока жизнь снова решит нас проверить. Хватит. Я уже понял, что терять тебя — хуже любой войны.

Я протянул ей цветы, она быстро взяла их и прижала к своей груди. Я раскрыл коробочку и вытянул руку вперёд. Я не умел красиво говорить. Жизнь солдата учила и готовила меня к совсем другому. Но я постарался вложить в свои слова, если не романтику, то хотя бы искренность. На максимум.

— Марьяна Левшина. Не как генеральская дочка, а как обычная девчонка, с которой я совсем недавно имел честь жить в одном доме... кх-кх, — пришлось прочистить горло, потому что слова почему-то застревали, а пальцы нервно дрожали, — хочешь со мной связать свою жизнь не по уставу, а по собственной воле? Хочешь стать моей женой?

Я нервно сжимал коробку, пока ждал. Благо она хоть не треснула от моего натиска. Левшина рассмеялась — звонко, по-настоящему, до слёз.

— Ты сумасшедший, Артём Волков, — прошептала она. — Но да… да, чёрт возьми, хочу.

Я протянул руку, и она вложила свою. Я достал из коробки кольцо и надео ей на палец. Она оторвала руку, поднесла к своему лицу и заулыбалась до слёз.