Книга Телохранитель для мажорки, страница 23 – Татьяна Катаева, Татьяна Огнева

И вот пока я себя грыз, в голове разрывалось одно слово — нельзя.

Но дальше все мысли сдуло, как ветром. Из леса донёсся крик. Пронзительный. Такой, что у меня самого сердце в пятки ухнуло. Не визг ради капризов — нет. Это был крик настоящего ужаса.

Я и секунды не сомневался, это не игра с её стороны. Слишком много ужаса вложено в этот крик.

— Марьяна! — сорвалось у меня с горла.

Я подскочил, за секунду распахнул дверь машины, выдернул из-под сиденья пистолет. Действовал на инстинктах и многолетней практике. Но, увы, эмоции сильно давили на мозг. Сердце билось, как бешеное.

Крик затих так же резко, как и начался. Тишина леса накрыла — липкая, мёртвая.

— Левшина! — рявкнул, бросаясь в ту сторону, откуда доносился звук. Но эта мёртвая тишина… И, мать его, это пугало ещё сильнее. Не за собственную шкуру переживал, за молодую девушку волновался. Не как за задание, а как за девушку, которая смогла заинтересовать. Твою ж мать.

Ветки хлестали по лицу и рукам, земля уходила из-под ног, но я бежал, не разбирая дороги. Орал её имя снова и снова — но в ответ только эхо.

Каждый шаг будто прибавлял тяжести в груди. Перед глазами одна картина — она в чужих руках, бита, ранена, и самое страшное… Нет, я так не мог лохануться. И виноват я.

Я. Потому что дал ей уйти одной. Потому что увлёкся её губами, её телом, своим ебучим запретом и желаниями. Думал только о себе, а не о деле.

— Чёрт! — заорал я в лес. — Только бы с тобой всё было в порядке…

Никогда ещё в жизни мне так не было страшно, как в эту секунду.

Я выскочил на небольшую поляну и тут же застыл.

Она лежала под деревом. Бледная, неподвижная, волосы растрепались по траве.

— Чёрт… — сорвалось с губ, и меня обдало холодом.

Я бросился к ней на колени, руки дрожали так, что едва мог сосредоточиться.

Сначала пальцами к шее — есть ли пульс? Фух, есть. Ровный, пусть и слабый.

— Марьяна… слышишь? Эй, Левшина! — я тряс её за плечо, осторожно, боясь причинить боль. И пусть я её нашёл, но расслабляться рано.

Ответа не было.

Я быстро провёл руками по её телу — проверял, нет ли крови, ран, царапин. С каждой секундой сердце колотилось сильнее. Но ничего. Жива, целая, и вроде как невредимая. Только в обмороке.

— Ну и напугала ж ты меня, принцесса… — прошептал я, сжимая зубы. Выдохнул осторожно, чтобы снять напряжение. Меня так давно не пугали. Я уже и забыл, как это страшно — кого-то потерять.

Я поднял голову и стал всматриваться в тени между деревьями. Пистолет держал готовым, глаз выискивал врага, причину её ужаса. И только спустя минуту заметил.

На краю поляны стояла лисица. Рыжая, пушистая, с хитрыми глазами. Глядела прямо на нас, настороженно. Почуяла, что человек слаб, вот и подошла ближе. Я даже хмыкнул — впервые за последние часы.

— Серьёзно? Вот этого ты так испугалась? — сказал я в пустоту и выдохнул снова. Вот же девочка пугливая, так и инфаркт можно получить. Причём обоим.

Опустив пистолет, аккуратно подхватил Марьяну на руки. Лёгкая, как пушинка. Голова её упала мне на плечо, дыхание ровное, но слабое.

Я шагал обратно к машине, глядя по сторонам, но взгляд всё равно то и дело возвращался к ней.

Какая же она милая сейчас. Когда не пытается играть и дерзить. Губы сочные, пухлые. И даже сейчас она дышит через них. Этот воздух хочется и мне. Хочется коснуться и втянуть в себя.