Книга Секретарша для миллиардеров, страница 62 – Адалин Черно, Tommy Glub

Встаю, подхожу к окну. Смотрю на ночной город и думаю. Варианты крутятся в голове, но все они плохие.

— Нам нужно поговорить с ней, — говорю наконец. — Прямо и честно. Без игр и намеков.

— Она не захочет.

— Заставим. Мягко, но настойчиво.

Дима поднимается, подходит ко мне.

— И что мы ей скажем? "Лиза, мы считаем, что Настя наша дочь, подтверди или опровергни"?

— Примерно так. Только... нормально поговорить, без давления. Мы должны показать ей, что не хотим отнять у нее дочь. Хотим быть частью их жизни.

— Ты серьезно? Хочешь быть отцом?

— А ты нет?

— Я... — он замолкает, отводит взгляд. — Я не знаю, как быть отцом, Саш. У меня уже есть сын, но я вижу его от силы раз в месяц. Я не умею... быть рядом.

— Научишься. Мы оба научимся.

— А если она не захочет? Если скажет, что мы упустили свой шанс?

— Тогда будем доказывать, — твердо говорю я. — Снова и снова. Пока не поверит, что мы можем заслужить этот шанс обратно.

Дима усмехается:

— Ты всегда был упрямым ослом.

— Поэтому мы и друзья.

Мы переглядываемся. В его глазах появляется решимость.

— Хорошо, — кивает он. — Поговорим с ней. Но... может, не сегодня? Дадим ей ночь, чтобы переварить все произошедшее?

Качаю головой:

— Нет. Чем дольше тянем, тем страшнее ей будет. И нам тоже. Поедем к ней. Сейчас.

— Саш, уже почти полночь...

— И что? — смотрю на него. — Ты можешь спокойно заснуть, зная, что у тебя есть дочь, которая не знает о тебе?

Он сжимает челюсти, потом резко кивает:

— Не могу. Поехали.

Мы хватаем куртки и выходим. По дороге молчим. Каждый думает о своем. Я пытаюсь подобрать слова, но все они кажутся неправильными.

Как сказать женщине, которую ты когда-то бросил, что хочешь вернуться? Не только к ней, но и к ребенку, о котором не знал?

Как объяснить, что ты жалеешь? Что готов исправить ошибки? Что хочешь быть отцом? Я не знаю. И Дима, судя по его растерянному лицу, тоже не в курсе.

Засыпаю поздно, ворочаюсь в постели, не могу найти удобное положение. Перед глазами всплывают картинки дня — Настя на руках у Саши, Дима, помогающий ей выиграть единорога, их смех и теплые взгляды. В итоге все же встаю с кровати и иду на кухню, чтобы набрать воды.

Телефон показывает без пяти полночь, когда раздается звонок в домофон. Я вздрагиваю и едва не роняю стакан на пол, быстро иду к двери и нажимаю на кнопку.

— Да?

— Лиза, нам нужно поговорить.

Сердце уходит в пятки. Они вернулись поздно ночью и гадать, что это значит, не нужно.

— Сейчас? Уже поздно… — пытаюсь увернуться, все еще надеясь, что получится.

— Пожалуйста, — голос Димы звучит напряженно. — Это важно.

Я нажимаю кнопку, открывая дверь подъезда. Руки дрожат. Быстро натягиваю халат поверх пижамы, провожу рукой по растрепанным волосам.

Они знают. Господи, они знают о Насте. Я уверена в этом, иначе зачем еще им приходить сюда так поздно?

Слышится тихий стук в дверь. Открываю. Они стоят на пороге — оба в куртках, взъерошенные, с напряженными выражениями лиц. Если они так выглядят, то могу представить, как выгляжу я.

— Что случилось? — спрашиваю, хотя уже понимаю.

— Можно войти? — Саша смотрит на меня так пристально, что хочется отступить.

— Мама и Настя спят…

Я все еще пытаюсь увернуться, отказаться, как-то выкрутиться.

— Тогда собирайся, — говорит Дима твердо. — Поедешь с нами.