Книга Секретарша для миллиардеров, страница 23 – Адалин Черно, Tommy Glub

— Если вы хотите найти виновного — давайте искать вместе. Я за. Я помогу. Мы сможем разобраться.

Мы молчим. Несколько секунд, которые тянутся как минуты. Кажется, я слышу, как кто-то на кухне роняет металлическую крышку — звон разносится по залу. Дождь усиливается, барабанит по стеклу.

Потом я смотрю на нее. Прямо, не мигая. Без заготовленных фраз, без сомнений.

— Это хорошее предложение, — говорю, и чувствую, как напряжение начинает отпускать. — Тогда так. Я даю тебе полную свободу действий. Доступ ко всем материалам — финансовым отчетам, переписке, договорам. Все, что нужно. Если ты найдешь виноватого — я оплачу тебе, дочке и маме недельное проживание. На берегу любого моря. Любого, какое выберешь.

Я замираю, чувствуя себя героиней дешевого сериала. Мне кажется, что даже мир вокруг замедляется, когда я слышу то, что сказал Саша. Сердце на секунду замирает, а потом начинает колотиться так бешено, что кажется, вот-вот выпрыгнет из груди.

"Дочке и маме".

Он сказал "дочке".

Воздух застревает в горле, а руки начинают дрожать так сильно, что приходится убрать их под стол и сжать в кулаки.

Они знают.

Боже мой, они знают о Насте.

— Что... что вы сказали? — голос все-таки хрипнет.

Черт, я выдаю себя с потрохами. Свое волнение, нервозность.

Саша смотрит на меня спокойно, даже слишком спокойно. На губах играет едва заметная улыбка.

Что она значит? Это проверка того, как я отреагирую? Или что? Что, черт возьми, они хотят понять, заговорив о Насте?

— Я сказал, что оплачу отдых тебе, твоей дочери и маме, — повторяет медленно, четко выговаривая каждое слово. — Если ты поможешь нам найти настоящих виновных.

Дима наклоняется вперед, его взгляд мягкий, но пристальный:

— Почему скрывала дочь?

— Я не скрывала, — пожимаю плечами.

Они переглядываются, усмехаются. Не верят, конечно. Господи, все подарки из детского мира я списала на дочь подруги. Но проблема в том, что никакой дочери у подруги нет, боже.

— Подарки из магазина ведь были для нее, верно?

— Нет. Она уже достаточно взрослая для такого.

Они снова переглядываются, а я хочу себе телепорт с функцией стереть меня из памяти тех, кто меня раньше встречал. Выборочно, разумеется. Я хочу, чтобы меня забыли только они. Впрочем… они меня и не вспоминали.

От этого осознания становится чуточку легче. Я разжимаю кулаки и расслабляю плечи. Начинаю чувствовать себя уверенней.

— Слушайте... — делаю паузу, собираясь с мыслями. — Я не понимаю, к чему все эти вопросы о моей семье. У меня есть дочь, да. И что с того?

Саша медленно ставит чашку на блюдце. Звук получается слишком громким во вдруг наступившей тишине.

— Просто интересно, — говорит он осторожно. — Ты молодая, красивая. Муж есть?

— Нет мужа. Есть дочь. Этого достаточно для полного счастья.

Дима откашливается:

— А сколько лет девочке?

Я напрягаюсь. Зачем им это знать?

— Зачем вам? — отвечаю вопросом на вопрос.

— Просто любопытство, — пожимает плечами Саша. — Ты же сама понимаешь, мы практически ничего о тебе не знаем. А работать придется вместе.

Логично. Слишком логично, чтобы я могла отказаться отвечать, не выглядя подозрительно.

— Почти восемь, — говорю коротко.

Повисает пауза. Я вижу, как они переглядываются, и сердце начинает колотиться быстрее. Неужели считают? Неужели что-то подозревают? Узнали меня?