Книга Серая шейка. Непридуманная жизнь, страница 82 – Груша Ерофеева

Мы сидели в машине и боялись выйти и обнаружить очередное убитое существо.

Выйти все же пришлось... Нас встречал радостно подпрыгивающий крохотный щенок.

Уф, живой!

Но щенок завидел на дороге новую машину и кинулся под колеса ей. Такое впечатление, что его — её, как позднее выяснилось — только что выбросили из авто у обочины и собачий ребёнок в каждой проезжающей машине видел вернувшихся хозяев.

Пришлось брать.

Так у нас появилась Дульсинея, в узком семейном кругу Дуся. Совсем махонькая. Беспородная. И вот она выбрала хозяйкой меня.

В это время я уже работала дома и Дуся была со мной неразлучна. На прогулке она каталась на моих руках. Ждала меня в углу прихожей с моим тапком в зубах, когда я уходила из дома. И яростно ревновала Линду:

— Не подходи к моей маме! Не смотри на мою маму!

По дороге на дачу и с дачи они успевали перецапаться, пока не умудрялись угнездиться на моих коленях вдвоем.

Мама пригрозила, что потребует моего психиатрического освидетельствования, если я подберу еще хоть одну собаку. Почему только моего? Кирилл не меньше моего подсел на безусловную собачью любовь как на наркотик. Но его психическое здоровье не подвергалось сомнению.

Всё новые и новые собаки липли к нам как намагниченные. К счастью, им всем удавалось найти хозяев. Чаще всего это были потеряшки.

Я со счета сбилась, сколько собак было пристроено за несколько лет. Больше десяти — точно! А потом как отрезало. Похоже, мы искупили кармический долг перед собачьим народом за ту убитую на мосту лохудрочку.

После, анализируя нашу собачью полосу в жизни, я даже испугалась. Собаки не просто так появлялись. Каждая из них четко соотносилась с серьезными событиями в жизни кого-то из нашей семьи. Первой была Лариска. Как оказалось, так звали дочь моего брата, о которой мы тогда ничего не знали. Наша Бонечка умерла от рака. Как и моя тётя в скором времени тоже. Мы взяли одноглазую Линду. И мой папа получил травму глаза — железная стружка впилась в зрачок, он едва не потерял глаз. И только моя любимочка Дуся оказалась чистым подарком судьбы без мистики, прожив свою жизнь рядом со мной. Или, быть может, я не смогла рассмотреть связи?

Вы замечали — беды и проблемы никогда не ходят по одиночке? И если уж к вам заглянула одна беда, то раскрывай шире ворота. Прибудут и другие.

Перед увольнением решила проверить своё здоровье — журналисты были прикреплены к поликлинике «для избранных». За качество медицины поликлинику прозвали усыпальницей. Но один плюс — очередей поменьше, чем в рядовой районной. Проблемы со здоровьем были, но терпимые. Кроме одной — мастопатия и подозрение на возможную опухоль. Едва выходила труднодоступный талон в онкологический диспансер. Настроение было так себе. С работой непонятки, еще и онкология замаячила.

Неожиданно приехала тётя. Очень исхудавшая. И тоже с талоном в онкологический диспансер с таким же, как у меня, предположительным диагнозом. И время визита на несколько дней раньше меня.

Традиционно с тётей ходила по врачам только я. Сейчас, уже после увольнения с работы, было время на врачей.

Начались наши метания по кабинетам онкодиспансера. Анализы. Обследования. Глотаем кишку через верх. Потом пихаем ту же кишку через низ. Каждый день тётя шла словно на Голгофу. И я с ней. Возвращалась домой и падала без сил.