Книга Отец моей подруги, страница 68 – Асия Кравец

Карим ведет меня по уже знакомому, но такому чужому холлу, затем вверх по широкой лестнице. Мы доходим до двери, которую он назвал «моей» комнатой. Он заводит меня внутрь.

Огромная спальня с панорамным окном, выходящим на лес. Комната выглядит всё такой же безжизненной, несмотря на дорогую мебель. Карим подталкивает меня к краю гигантской кровати.

— Сядь.

Я послушно присаживаюсь, сжимаю пальцами шелковое белье. Хочу держаться от Карима подальше, но это невозможно. Он все время оказывается рядом.

Он подходит к окну. Стоит, глядя на темнеющий лес, засунув руки в карманы брюк. Молчит. И эта тишина напрягает сильнее любого крика. Я не знаю, чего ждать. Что он скажет? Что задумал?

Наконец он поворачивается. Его взгляд сосредоточен на мне.

— Я знаю, что ты злишься, Юля. Знаю, что обижена на меня. И ты имеешь на это полное право. Я поступил плохо. И с тобой, и со своей семьей. Сначала я просто хотел развлечься с тобой и забыть. Ничего серьезного. А потом меня так накрыло, что я сам не знал, что с этим делать. Это случилось впервые в моей жизни. Ни разу до встречи с тобой я так не увлекался женщиной. Я не чувствовал этого даже со своей женой. Я хотел отпустить тебя. Правда хотел. Но не смог смириться с тем, что ты исчезнешь. Что однажды я тебя встречу с другим мужчиной. А теперь я четко знаю, чего хочу. И я все для этого сделаю. Я никогда не был таким, как все. И не буду. Но ты можешь попытаться понять меня.

— А как же Ясемин? Твоя жена и ваш будущий ребенок? – мой голос разрезал тишину комнаты и я его не узнала. – Они для тебя кто? Как ты будешь смотреть им в глаза?

— Я не оставлю свою семью. Не брошу их в нищете и не забуду. Но и не смогу с ними жить, как раньше. Ты моя женщина. Я хочу строить будущее с тобой, – он подходит ближе, и я инстинктивно вжимаю голову в плечи.

Его взгляд жадно изучает меня. Как будто я – это то, что он искал всю свою жизнь, и теперь, когда нашел, не отпустит. Я чувствую, как по коже бегут мурашки от этого ощущения. Не страха, нет. Это что-то другое, более глубокое. Что-то, что заставляет мой инстинкт самосохранения бить в набат.

Карим садится на край кровати, но не близко, а так, чтобы я сохраняла свою иллюзию безопасности. Его руки сцеплены в замок. Расслабленная поза. Он смотрит на меня, и я теряюсь. Мои слезы уже высохли, но их все еще чувствую на своих щеках.

— Это бред какой-то. Ты хочешь уйти из семьи? Из-за меня? – спрашиваю еле слышно.

— Я знаю, что ты думаешь, – он произносит эти слова тоже тихо, почти шепотом, но я слышу каждое слово. Они отдаются эхом в голове. – Ты думаешь, я бесчувственная скотина. Может быть, это так. Для большинства. Но не для тебя, Юля. Для тебя я тот, кто наконец-то даст тебе то, что тебе нужно. Образование, работу, жилье. Нужные знакомства. Связи. Деньги. Власть. Это все останется с тобой даже тогда, когда не станет меня.

Я отвожу взгляд, пытаясь скрыть дрожь, которая пробирает меня до костей. Что он говорит такое? Какие деньги, какие связи? Какая власть? Он сейчас пытается купить меня?

— Ты не можешь дать мне то, чего я хочу, – наконец вырывается из меня хриплое. – Ты ничего обо мне не знаешь. Ты просто взял меня себе, как какую-то вещицу, которая тебе понравилась.

В его глазах мелькает что-то похожее на снисходительность.