Книга Отец моей подруги, страница 50 – Асия Кравец

Но Юля не выходила из головы. Каждая мысль о ней была подобна раскаленному угольку, тлеющему внутри. Он ещё в ресторане порывался броситься за ней, когда она, плача, выбежала на улицу. Думал, что последует за ней, бросит всё, но Ясемин пошла следом. Он испытал облегчение.

Хоть кто-то в такой тяжелый момент будет рядом с ней, поддержит и проследит за ней. И плевать, что Юля может рассказать его дочери всю правду. Даже если она это сделает, он поймёт. Потому что сам виноват. Он должен был прекратить всё сразу, когда понял, что Юля не обычная девица, с которыми он привык иметь дело. Она другая. Настоящая.

Но он этого не сделал. И теперь больно всем. Ему, Юле, Зайнап. И будет больно Ясемин, если она узнает. Вернее, когда она узнает.

Не дожидаясь звонка будильника, который вот-вот должен был пронзить тишину, он порывисто поднялся и сел на кровати. Сидеть здесь, в этой комнате, рядом с женой, когда все его мысли принадлежали другой, невыносимо.

Она не выйдет из головы, пока они не поговорят. Он должен увидеть Юлю. Должен поделиться тем, что разрывает его изнутри. Она должна знать, что ему жаль. Что он не хотел всего этого. Что он по-прежнему мечтает о ней.

Через час он уже мчался в общежитие. Ворвался туда, как сумасшедший, охваченный единственным желанием. Желанием увидеть ее.

Уже знакомая консьержка попыталась его задержать, но он промчался мимо, не обращая на нее внимания. Его цель – Юля, только она. Он бегом преодолел лестничные пролеты, добрался до её двери. Постучав, ждал. Ждал, пока она откроет. Каждое мгновение казалось вечностью. Уже было подумал, что ее нет дома.

Но дверь открылась и он увидел ее. Наконец-то. Взлохмаченные волосы, сонные глаза, ещё хранящие следы вчерашних слёз. Её вид заставил Карима сжаться. Она удивлённо вскинула брови.

— Ты? Что ты здесь делаешь?!

— Я не могу перестать думать о тебе. Ты мне нужна. Как воздух. Понимаешь это? — затолкав её обратно в комнату, он вошёл сам и закрыл за собой дверь. Его голос дрожал от переполняющих душу эмоций.

Все, о чем он думал по дороге сюда, все продуманные слова, все объяснения и извинения, всё вылетело из головы. Осталось только одно непреодолимое желание быть рядом. Он обнял её за талию, притянул к себе, утыкаясь лицом в её волосы, вдыхая её запах. Чувствовал ее дрожь, ее слабое сопротивление. И эта близость была так важна, так нужна ему сейчас.

— Я тебя люблю. Люблю, девочка. Слышишь? Прости меня. Прости. Я натворил много ошибок. Я тебя обидел. Но я не могу без тебя. Не могу отпустить тебя. Знаю, что должен. Так было бы проще для нас всех. Но я не могу!

Эти слова звучали отчаянно, искренне. Он никогда не был настолько искренним, даже с собой.

Карим крепко прижимал её к себе, словно пытаясь защитить от всего мира, от себя самого, от той боли, которую он ей причинил. И возможно, причинит еще.

— Отпусти меня! – она толкнула его в грудь, вырвалась из объятий. – Проваливай отсюда к своей семье! Ты мне никто! Ты ошибка! Мерзавец, причинивший столько боли… Ненавижу тебя! – в ее глазах заблестели слезы. – Слышишь? Не-на-ви-жу! Ты из меня душу вырвал! Ты мое сердце растоптал! Ты предал не только меня, но и свою семью! Таким, как ты, нельзя верить! У тебя есть жена, дочь. Скоро появится еще один ребенок! А ты приходишь ко мне и твердишь о любви?! Да что ты за человек такой? Как ты так можешь?! Уходи! Не хочу тебя видеть больше никогда! – она обошла его, рывком открыла дверь. – Давай же! Уходи, Карим! Забудь о нас! О том, что было… Забудь! Не хочу больше видеть твои лживые глаза!