Книга Кто же ты, моя жена?, страница 86 – Алекса Корр

Мы еще некоторое время помолчали, но усталость, а также стресс, который уже отпустил, привели к тому, что спустя некоторое время мы, не сговариваясь, пошли спать.

До рассвета осталось совсем мало времени, и нужно было встретить новый день с ясной головой.

Ирэния

Утром нас разбудила прибежавшая Мила, и пришлось в прямом смысле «выковыривать» себя из уютной кроватки. Поспали мы с Юлькой от силы три часа и сейчас своим видом напоминали поднятые умертвия. Чем полностью оправдали мою вчерашнюю легенду, что хочу лечь раньше спать, так как мне нездоровится.

Но вызывать подозрения, оставаясь в кровати, не стоило. Поэтому пришлось встать, одеться и «бодро» прошествовать на завтрак «в кругу семьи». Глаза б мои их не видели, но нужно было играть роль примерной дочери и держать ушки на макушке, чтобы быть в курсе происходящего.

Но не одна я сегодня выглядела как умертвие. Дагвин с Алистером запросто могли побороться со мной за первое место, если бы кто-то устроил конкурс. И только королева нормально выглядела, опять с отрешенным видом ковыряясь в салате, который лежал на её тарелке.

Я села на своё место и показала прислуживающему лакею налить мне кофе. Во время общих завтраков я его не пила, но сегодня он был мне просто необходим. А сделав несколько глотков бодрящего напитка, почувствовала, что жизнь ко мне возвращается.

Дагвин даже не заметил этого, по нему было видно, что он сильно мучится похмельем, а вот Алистер посмотрел в мою сторону с недоумением. Благо, что ничего не сказал.

Завтрак прошел вяло, за столом почти не разговаривали, а вот после него меня ждал приятный сюрприз: в столицу вернулся Олаф. Разумеется, я попросила Марка позвать его, а когда он пришел, приказала сопроводить нас с Юлькой на прогулку, и мы направились в сад.

После того как мне стало известно о потайном ходе в моих покоях, я уже боялась вести какие-то серьезные разговоры в своей гостиной. А приглашать мужчин в свою спальню, где мы с Юлькой и обсуждали заговор, зная, что там нас не смогут прослушать, я не собиралась.

Помимо Марка и Олафа, мы взяли в качестве охраны еще пятерых преданных мне парней из тех, кто в свое время присягнул мне в верности. В голове еще звучали слова братца и Дагвина, о том, что они планируют поставить меня в щекотливое положение, и я собиралась минимизировать риски всеми доступными мне способами.

Мы прошли к небольшому пруду и остановились на хорошо просматриваемом со всех сторон берегу. Парни рассредоточились по периметру, а мы с Марком и Олафом остались около воды. Как по мне, таким образом, нас никто не мог подслушать, а я собиралась выслушать доклад Олафа о поездке и передать ему или Марку слепок ключа от сейфа.

Убедившись, что мы остались одни, я обратилась к Олафу:

— Что удалось узнать в Тарише? Ты смог разговорить журналиста?

— Да, Ваше Высочество! Приехав в городок, я сначала наведался домой, аккуратно спросил у своего батюшки, насколько хорошо он знает Рика Вельски. Оказывается, тот часто бывает в его лавке. Я не говорил вам, но моя семья держит лавку по продаже бакалеи. Отзывался отец о нем как о нелюдимом человеке, но, на мое везение, этот Вельски как раз заказывал у моего батюшки кой-какой товар, которого не было в наличии и только-только привезли. Я и ухватился за эту возможность. Сказал бате, что могу сам и доставить товар старику, раз он наш постоянный покупатель. А на следующий день отправился к Вельски с визитом, прихватив его заказ и бутылку горячительного. Не буду вдаваться в подробности как, но мне удалось попасть к нему в дом, а потом и напоить его. Осторожный очень, но во мне опасности не чувствовал, видимо потому, что с детства знает. В общем, удалось его немного разговорить. Он действительно 21 год назад только начал работать в местной газете, и такое событие, как гибель королевской семьи, не мог оставить без внимания. Он был уверен, что, устроив свое расследование, заслужит почет и уважение, а также сможет стать ведущим репортером в той газете, а не работать на побегушках. Он завел дружбу с жандармами, которые вели расследование, и часть информации выведывал у них, потчуя их вином. В общем, делал то же, что и я. Но кроме этого, он еще разговаривал с выжившими слугами, еще до того, как с ними переговорили королевские дознаватели, и всю информацию записывал, а потом и анализировал. И тогда он получил подтверждение, что короля убили, а уже потом начался пожар. У него даже зарисовки ран были, которые жандармы делали в первые минуты и где эти раны было видно. А еще он помнит, что тело королевы так и не смогли точно опознать. Тогда-то он и написал свою статью, в которой это рассказал. А затем к нему наведались какие-то люди в масках, которые очень доходчиво объяснили ему, чтобы он не совался туда, куда не следует. И забрали его жену, пока он не выпустит опровержение. В итоге: опровержение он написал, но жену ему вернули только через несколько дней. Что там с ней делали эти дни, она не призналась, но вскоре наложила на себя руки. В общем, с тех пор он один и ненавидит существующую власть. Но самое главное! Мне кажется, что все свои заметки и записи тех времен он где-то спрятал. И, если его хорошо заинтересовать, то вполне возможно, что он их отдаст нам, и мы там найдем подтверждения насильственной смерти вашего батюшки.