Книга 11 дней изменят всё, страница 56 – Юлия Архарова

Похоже, бедняжка и правда замерзла, но была слишком горда, чтобы в этом признаться.

Я показала Алене, где лежит фен и отправила сушить волосы, а сама пошла за пиццей – как раз в дверь позвонили. Когда я выглянула в холл, створки лифта уже закрывались, так что еще одной нежеланной встречи сегодня не произошло. Мой заказ покоился на серебристой металлической тележке – три картонных коробки и корзинка с наисвежайшей выпечкой.

— О, пицца! – воскликнула Алена, появляясь на кухне во второй раз. Волосы она высушила и заплела в аккуратную косу длиной почти до талии.

— Любишь? – вскинула брови я.

— Да кто же не любит! – уверенно изрекла девочка, а потом как-то стушевалась и, явно смущаясь, добавила: – А… можно мне кусочек?

— Конечно, – я улыбнулась, – для нас с тобой и заказала. Я ведь еще не завтракала… В общем, составишь мне компанию?

— Не завтракала?! – переспросила Алена и заозиралась, явно пытаясь найти часы.

Удивление гостьи было понятно, странно слышать, что кто-то еще не завтракал, когда за окном стремительно темнеет – на московские улицы опускались ранние ноябрьские сумерки.

— Я сова и обычно пишу по ночам.

— Аааа… – глубокомысленно кивнула девочка.

Добрых десять минут я с некоторым умилением наблюдала, как сидящий напротив меня голодный подросток уминал пиццу за обе щеки. В определенный момент мне даже показалось, что я слишком мало заказала и нам не хватит. Но нет, хватило и даже пару кусочков осталось. Наконец, девочка сыто отодвинулась от стола, а затем, мгновение поколебавшись, все же подхватила с корзинки кленовый пекан.

— Вот уж не думала, что сегодня буду… «завтракать» в компании любимой писательницы, – хихикнула девочка. – Спасибо, давно так вкусно не ела!

— Пожалуйста, – рассмеялась в ответ я.

Очень хотелось спросить, когда девочка ела в последний раз и как она вообще оказалась здесь, но я боялась, что собеседница опять превратиться в колючего подростка. Да и, в конце концов, не мое это дело, пусть Демьян, когда вернется, разбирается.

Хотя, признаться честно, любопытно было…

— А говорят, писатели мало зарабатывают, – между тем заметила Алена.

Я подняла брови в немом вопросе.

— Кажется, теперь я знаю, кем хочу стать, когда вырасту, – девочка снова хихикнула. – Не, я и раньше хотела писать, и учитель мои сочинения всегда хвалит… У меня даже две публикации в школьной газете есть! Но Дем говорил, что журналистика умерла, остались лишь блогеры, а среди писателей нормально зарабатывают лишь единицы.

— Так и есть.

Конечно, я не была бы так категорична. Журналисты не исчезли, просто грань между ними и блогерами почти стерлась. Проблема крылась скорее в том, что люди в принципе стали меньше читать и больше теперь потребляли видеоконтент.

С писателями и вовсе все было очень неоднозначно.

— По тебе не скажешь, – фыркнула девочка. – Я обожаю твои книги. Ты известный автор, но все же не Джоан Роулинг, а живешь вот так… – она взмахнула рукой, обводя кухню-столовую-гостиную.

В душе всколыхнулось раздражение. Разговор стал мне неприятен, но все же следовало кое-что прояснить, чтобы не возникло недопонимания. Да и обижаться на ребенка было глупо. Алена отогрелась, наелась, расслабилась и теперь, откинувшись на стуле, просто болтала, что думала.

— Я уже говорила, что эта квартира моих родителей.