Онлайн книга «Не буди Лихо»
|
Он предложил руку, и графиня оперлась на нее, бросив на Чемесова быстрый взгляд, значение которого он не понял. Уже устроившись на мягком стеганом сиденье, Александра улыбнулась и сказала: — Иван Димитриевич, может быть, зайдете к нам выпить чаю? — Не стоит. Завтра важный день. Вам нужно набраться сил, Александра Павловна. И мужества. — Но я все равно буду метаться по дому, не находя себе покоя и все думать, думать… Пожалуйста, Иван Димитриевич. — Тогда... Тогда давайте не поедем в этот ваш семейный склеп, уж прости меня Николай, а посетим другое место. — Да ладно! — Орлов лишь отмахнулся. — Вези, куда знаешь! Иван улыбнулся, сходил и назвал кучеру адрес, а после забрался на свободное место. Александра, разобравшая название улицы сквозь постукивание и сопение паровой машины за спиной, вскинула на него удивленный взгляд. Чемесов счел долгом пояснить: — Вы ведь еще не видели их дочурку, а потом кто, кроме Родионовых, с радостью встретит незваных гостей? — Но удобно ли это? — всполошился Орлов. — Я ведь не представлен… — А ведь Николай Станиславович тоже может знать хозяев, не так ли господин Чемесов? — шаловливая улыбка вдруг появилась на губах Александры. — Вряд ли он ничего не слышал о том, как студент юридического факультета столичного университета Иван Чемесов, претендуя на внимание милой дамы и выпив немножко больше, чем ему следовало, побил некоего молодого и нахального студента-медика Юрия Родионова… Иван глянул на Александру с притворным возмущением, а Николай, откинувшись на спинку сиденья, мечтательно вздохнул: — Я даже помню, как ее звали — Агата! Она была дочерью профессора, который приехал в Империю откуда-то из-за границы, чтобы прочитать курс лекций, и мы все тогда словно рехнулись, скопом ухаживая за ней. Ты, Чемесов, не знаешь, какова ее судьба? — Три месяца назад она родила тому самому нахальному студенту-медику третьего ребенка — девочку. И теперь мы все едем взглянуть на нее, а заодно укоротить болтливый язык папочке этого милого создания! — Иван погрозил Александре пальцем. Она рассмеялась, чувствуя, как страх, до сих пор державший ее сердце в ледяных клещах, отпускает свою жертву… Малышка оказалась прелестной. Александра, бережно прижимая ее к груди, не могла оторвать глаз от крохотного личика. Девочка, которую только-только покормили, заснула у нее на руках, и теперь она не решалась шелохнуться, чтобы не потревожить ее сон. Чемесов, со странным стеснением в груди смотревший на них, отвел наконец глаза и повернулся к Николаю Орлову: — Что станешь делать после окончания процесса? — Буду бороться за Мишу до конца. Пройду все инстанции, но добьюсь досрочного освобождения или амнистии! — Погоди, может, обойдется без этого. — Да… Что за ужасная история! У меня до сих пор мурашки по коже. И Михаил и Александра заслужили, чтобы теперь их жизнь пошла совсем иначе! Им довелось пережить слишком многое. Как бы ни закончился процесс, я намерен увезти Александру Павловну в свое поместье. Ей необходимо пожить в тишине и покое, окруженной заботой и теплом. На поверхности ей будет лучше, чем на этих ваших сумасшедших островах, и уж наверняка приятнее, чем в нашем «семейном склепе», как ты недавно назвал особняк. Нет, ничего не могу сказать, с того момента как в особняке появился малый народец, все стало выправляться. Дом начал оживать... И я даже обсудил кое-что с Порфирием — это староста из соседней с поместьем деревни, ты его должен помнить, Иван. — Чемесов кивнул и улыбнулся смущенно, вспоминая свои пьяные подвиги. — Так вот Порфирий обещал мне сманить на острова одного хорошего домового. Тоскует бедолага — хата уже давно пустует. А главное, он молодой еще, на смену обстановки готовый. Как раз с Порфирием сходите в тот заброшенный дом, Александра Павловна, отнесете, как положено, подарки, познакомитесь с домовым, может, и понравитесь друг другу, согласится он на острова перебраться... Ну, если вы сами, конечно, захотите возвращаться, а не предпочтете остаться на поверхности... |