Онлайн книга «Прикладная рунология»
|
Наверное после такой речи я бы себя уволила. Прогнала и забыла. Какие бы ценные ни были знания, зачем добавлять к ним столько проблем? Но герцог заговорил о другом: — Я напишу профессору Ланге и выражу соболезнования и извинения, что ты не сможешь приехать на похороны. Сошлюсь на сложность проекта и сжатые сроки. Думаю, как ученый, он поймет. Что же касается барона Рохфогеля… Кристиан наверняка уже поговорил со стариком, а тот все объяснил внуку. Ты можешь направить юному Рохфогелю письмо, если желаешь что-то пояснить. А можешь ничего уже не писать. Полагаю, юношу заберут в семейное поместье до начала учебного года, а в Академии его займут учебой. — А я? — вопрос прозвучал раньше, чем я успела подумать, и прозвучал так по-детски, что стало стыдно. — А ты продолжишь работать над переводом. И наш диск все еще требует доработки. У меня появилось несколько новых идей, которые хотелось бы обсудить, но они пока ждут. Вернемся к ним после помолвки императора. Пока же библиотека и лаборатория в твоем полном распоряжении. Разговор состоялся три дня назад, и с тех пор я работала, переводя страницу за страницей. Письмо Конраду тоже было написано, хотя потратить на него пришлось несколько часов. Объяснения и извинения никак не укладывались во что-то более или менее приличное и в итоге выглядели коряво, но хотя бы не лживо. Я понимала, что несостоявшемуся жениху читать мои излияния будет неприятно, но молчать казалось малодушным. Дедушке я тоже ответила, приложив свое письмо к посланию герцога, исполненному в безукоризненных и крайне вежливых оборотах. Все казалось решенным, даже почти без моего участия. Оставалось только жить дальше и радоваться, что не случилось ничего непоправимого. Но радости не было. А стоило вечером улечься в кровать, как вспоминался Юстас. Его руки. Губы. Запах. И ощущение совершенной ошибки, пришедшее после. Пусть в тот момент мне казалось, что поддаться слабости не так уж и плохо, просветление наступило быстро. Мужчину я выгнала, хотя он и пытался возражать и сопротивляться. Не настолько искренне и стойко, чтобы поверить. Мне хватило лицемерия в жизни, чтобы не пойти на поводу у еще одного. С тех пор кузен герцога не появлялся. Ужин подали через час, сразу вместе с чаем, точнее каким-то травяным отваром, явно успокоительным. Ковыряясь в запеченной с овощами рыбе, я крутила в голове последнюю фразу из жизнеописания. Получалось странно. Арминий победил, но понимал, что Изрилиона будет мстить и второй раз вряд ли удастся поймать ее на той же ошибке, ведь выжившие вернуться домой и расскажут, что произошло. Он искал новую стратегию для битвы. Пытался объединить племена, но сам он являлся не единственным вождем, которого в детстве забрали из дома. Некоторые другие вожди также были возвращены домой, чтобы стать верными прислужниками древней империи. И они отказались пойти за Арминием. Согласилась лишь малая часть. Людей не хватало. И тогда, в ночь Всех Звезд первый Сантамэль отправился… Куда? И что за ночь всех звезд? Голова гудела, но я спокойно допила чай, так и сяк прикидывая возможный перевод. Конкретная дата не указывалась. Можно было лишь предположить, сколько времени прошло после сражения, так как жена Арминия успела родить первенца. И неясно была ли она беременна на момент сражения, хотя участие в нем принимала. Дикие времена, что поделать… |