Книга Прикладная рунология, страница 13 – Дайре Грей

— А Герхард о ней знает? — вкрадчиво поинтересовалось его счастье тем опасным тоном, который всегда предвещал ловушку.

— Захочет — узнает, — пожал плечами министр, отправляя в рот кусочек сыра с благородной плесенью и снова наполняя чашечку кофе. В кофейнике напиток дольше оставался горячим, поэтому он предпочитал использовать маленькие чашечки и продлевать удовольствие, а не выливать сразу все в большую посуду, как не раз предлагала хозяйка дома.

— Кристиан, тебе не кажется лицемерным с одной стороны оберегать племянника от лишней информации, которая тебе кажется неважной, а с другой — делать вид, что он достаточно самостоятельный, чтобы заниматься своими делами и забыть о долге?

Мало кто отваживался заговаривать с ним подобным тоном. Мало того, что он рос во дворце среди слуг и тщательно подобранных учителей, где единственным указом мог являться только император, так еще и титул возносил его далеко над остальным обществом. После смерти отца так спорить они могли только с Георгом, а с тех пор, как его не стало, единственной отдушиной оставалась Ульрике.

— Лицемерие и политика — суть синонимы, а я, как ты помнишь, именно политик. Пока Герхард приносит пользу своими изысканиями, он будет сам волен выбирать себе тему для исследований. А что до информации… Меньше знаешь — крепче спишь.

— В такие моменты я начинаю сомневаться в том, что ты его любишь, — бывшая воровка положила изумруд в правую шкатулку и провела ладонями по лицу. — Все. Можешь забирать камни.

Кристиан отставил чашечку, встал и потянулся всем телом, ощущая слабую боль в пояснице. В последнее время она приходила все чаще, а семейный доктор настойчиво рекомендовал отказаться от соленого, жирного и жареного. Этак он на одних кашах и овощах жить будет, а это ведь совсем не то.

Герцог хрустнул шеей и поймал изучающий взгляд женщины.

— Уже не так хорош, как двадцать лет назад? — полушутя спросил он, медленно подходя ближе.

— Для меня ты всегда хорош, — она встала, оказавшись с ним одного роста. Обычно варенки маленькие и юркие, но здесь Ульрике от них отличалась. — И двадцать лет спустя. Сейчас даже лучше, чем раньше.

— Почему же? — ладони привычно легли на талию, притягивая женщину ближе.

— Сейчас ты не так самовлюблен, — она провела пальцем между бровей вверх по лбу, словно считая его морщины. Глаза ее были близко и оставались все такими же ясными, как и раньше. — И не так уж веришь в свою неотразимость.

— О, ты приложила некоторые усилия к тому, чтобы заставить меня перестать верить в свою неотразимость.

Он шутливо попытался укусить ее за шею и услышал только громкий смех. Ульрике знала, что он никогда не причинит ей вреда…

Все хорошее когда-нибудь заканчивается. И ему тоже пришлось покинуть уютный двухэтажный дом, пропитанный ароматами кофе и корицы. Экипаж повез герцога по освещенным улицам через никогда не спящий центр к просторному особняку, расположенному недалеко от дворца. Взгляд невольно цеплялся за все новые и новые творения Герхарда, появляющиеся на дорогах каждый день. Скоро они вытеснят привычных лошадей, и добираться домой станет сложнее. Хотя бы потому, что осваивать управление этим видом транспорта Кристиан совершенно не желал. Не говоря уже о том, что каждая повозка получалась уникальной, и следить за ним станет проще. А это неприемлемо. Не хватало еще, чтобы о нем тоже появилась статейка в какой-нибудь дерзкой газетенке.