Книга Утилитарная дипломатия, страница 2 – Дайре Грей

Повысить голос гостья себе не позволила, но говорила все более и более резко. И в каждой фразе все четче проступал акцент. Южная речь более экспрессивна, и удерживаться в рамках сеньоре де Торрадо было явно сложно. Пожалуй, проходи встреча в ее доме, герцога ждала бы эмоциональная и колоритная отповедь, щедро сдобренная моряцким жаргоном. В Апии море почитали.

— Еще кофе? — вежливо спросил мужчина и, не дожидаясь ответа, поспешил наполнить чашечку гостьи ароматным напитком. Она пристально наблюдала за его действиями, и тонкие ноздри подрагивали от гнева. Вот-вот начнет бить копытом землю.

Потрясающая женщина. Будь Кристиан лет на двадцать моложе, с удовольствием сам отбросил бы приличия и ударился в бурный и страстный роман. Быстротечный и недолгий, но… Анна-Валенсия относилась к тем женщинам, которых лучше вспоминать как нечто неповторимое, чем жалеть о не сбывшемся.

Но, время вспять не повернуть. Пора бурной молодости прошла, и оставалось лишь любоваться чистым пламенем со стороны. А хороша… Двадцать шесть лет. Вдова. Роскошные волосы, фигура, рост… И положение.

Карлос Пятый женился дважды. И второй раз не постеснялся взять в жены вдову с дочерью от первого брака. Более того, назвал девочку принцессой. И растил как родную. Пусть даже чуть позже жена и родила ему Марию-Долорес. Та унаследовала кроткий нрав матери, а вот старшая явно пошла в отца. И неизвестно еще приемного или родного.

— Я понимаю, ваше волнение, связанное с сестрой. Но поверьте, мой племянник не нарушит данное слово… Расскажите лучше, как вам нравится жизнь в Империи.

Его окинули взглядом, не оставляющим сомнений в том, что сейчас Кристиан услышит четное и неприкрытое приличиями мнение о собственной стране.

— Жизнь? Вы называете существование в этом склепе, который возомнил себя дворцом, жизнью? Ваша императрица лелеет свои обиды. Мнимые и настоящие. Кажется, она сама забыла, на что должна обижаться. Ваш император замкнулся в трауре и сторонится всего, что может отвлечь его от скорби. Ваши придворные… сборище завистливых сплетников, жаждущих получить крупицу власти! Мне рассказывали, что Империя — процветающее государство! Развивающееся, свободное и сильное. А сейчас я вижу тушу издыхающего кита, выброшенного на берег. Простите, Ваше Высочество, но я не могу назвать это жизнью!

Об Ивон сеньора не сказала ни слова, что не могло ни радовать. Супруге гостья нравилась. Во многом благодаря ее замечаниям и возник сегодняшний разговор.

— В таком случае, полагаю, вы не хотели бы, чтобы ваша сестра осталась здесь навсегда? — мирно поинтересовался герцог, подбираясь к теме беседы.

Анна-Валенсия замерла и снова сощурилась, словно пытаясь увидеть его насквозь. Хороша, но все же еще молода и порывиста. Чересчур прямолинейна.

— Вы не злитесь… И не удивлены.

— Я лишь хотел услышать подтверждение своим догадкам. Но вы не ответили… Полагаю, как заботливая старшая сестра вы не захотите оставить Марию-Долорес в столь неприятном месте?

— Моя сестра не нарушит данное отцу обещание. К тому же, сколь мне известно, свадьба должна скрепить союз наших государств. Военная помощь, торговые пошлины…

— Да-да… Вы правы, — прервал перечисление известных ему условий герцог. — Я слышал, что в Апии есть обычай, согласно которому невеста может отказать жениху даже во время обряда. И никто не посмеет ее неволить. А брак в таком случае считается невозможным.