Книга Любительский шпионаж, страница 99 – Дайре Грей

«Согласен».

Шелест элменталя звучал удовлетворенно. Он тоже устал от путешествия, пусть и не хотел признавать. Но необходимость столь долго контактировать с людьми его утомляла.

Дитрих усмехнулся и направился к лавочке, стоящей под деревьями. Ждать он будет с комфортом…

Пальцы у мэра были липкие и влажные. Глазки масленые и блестящие, как и лысина едва прикрытая редкими волосинками. Он улыбался и рассыпался в комплиментах, уверенно ведя меня в сторону лестницы, а потом наверх по ступеням. Оставалось только смущаться, хихикать, отводить глаза и улыбаться. Улыбаться!

Улыбка — самое важное, как говорила бабушка. Она должна быть подходящей случаю. Скромной, игривой, смущенной, мечтательной, искренне-широкой или едва заметной. Я репетировала столько улыбок перед зеркалом, что сейчас удерживала нужную, почти не прилагая усилий. Почти.

Лощеную физиономию, напоминающую свиное рыло, хотелось приласкать раскрытой ладонью, но я сдерживалась. До кабинета осталось совсем чуть-чуть. Коридор второго этажа встретил нас тишиной и приглушенным светом ламп. Мэр снова приложился к моей руке и отпустил, не умолкая ни на секунду, достал из кармана ключ и принялся ковыряться в замочной скважине.

Я терпеливо ждала.

— Добро пожаловать в сердце нашего города! — пафосно провозгласил мужчина, пропуская меня вперед и щелкая выключателем. Комната озарилась светом потолочной люстры.

— Не может быть! Неужели здесь принимаются самые важные решения?!

Ловко увильнув от загребущих пальцев, попытавшихся вцепиться в юбку, я быстренько добежала до середины комнаты и замерла, восхищенно осматривая помещение. Три высоких окна, пара диванов в дальней части, массивный стол и кресло для мэра, стулья для посетителей. На стенах морские пейзажи, изображающие, судя по всему, порт Морье. Патриотично.

Обернулась к двери, чтобы видеть хозяина кабинета. Тот не терял времени даром, успев повернуть ключ в замке.

— Конечно, моя радость, именно здесь. И ты же порадуешь меня? Такая страстная девочка.

Он начал медленно приближаться, облизывая полные губы и косясь в сторону диванов, но у меня имелись другие планы.

Опустила глаза, теребя подол юбки.

— Конечно, я же здесь для того, чтобы дарить радость! Но вы знаете… Мне так нравится… ваш стол…

Румянец на щеках после танца еще остался, поэтому ничего лишнего играть не пришлось. Мэр удивился. Даже застыл от неожиданности и повернулся к рабочему месту, словно никогда не рассматривал его с такой стороны.

— Стол? — переспросил он, будто рассчитывая, что ослышался.

— Конечно! Он же такой большой… — я порхнула к объекту обсуждения и провела ладонями по толстой столешнице. — Гладкий… Надежный… Вы только посмотрите, как будет удобно!

В следующий миг я обернулась и запрыгнула на стол, легким движением опрокинув чернильницу.

— Ой! Я такая неловкая! Извините!

Хлопать ресницами, приложить ладонь к груди, удерживая акцент внимания там, где нужно.

— Ни-ничего страшного! — мэр завороженно уставился на вырез платья и поспешил ко мне, протягивая руки. Идея применить рабочее место не по назначению не на шутку его распалила.

— Вы уверены? Тут ничего важного не лежит? Здесь какие-то листочки…

— Какие еще листочки?!

Он подошел ближе и опустил взгляд на столешницу, по которой расползлось чернильное пятно. Я как раз успела окунуть в него пальцы и начертить простой знак зеркальной защиты.