Онлайн книга «Любительский шпионаж»
|
От дверей донеслось деликатное покашливание, и императрица обернулась на звук. Ее охранник спокойно встретил взгляд и предложил: — Ваше Величество, есть еще пытки. Боль тоже серьезно ограничивает возможности мага. Он говорил уверенно, будто проверил на собственном опыте. — Продолжайте. Что еще вы знаете? — У каждого мага есть слабое место. Воднику будет тяжело действовать, когда вокруг огонь, жара или камень. Воздушника достаточно посадить в глубокое подземелье, где даже дышать тяжело. Огневика стоит наоборот окружить водой или влажными стенами и холодом. Земляного можно подвесить на цепи над глубоким обрывом, металлом они управлять не умеют, единственным выходом станет смерть или сотрудничество. Жестоко. Однако весьма действенно и наверняка применяется в отношении магов, нарушивших закон. Несмотря на хорошие условия и льготы, которые предоставлялись элементалистам в Империи, недовольные встречались. Такова уж человеческая природа. — Вы ничего не сказали о тьме и свете. Как можно ограничить их? — Здесь сложнее, — охранник ненадолго задумался, но потом предположил: — Свет часто связан с молниями, если использовать металл — маг может навредить сам себе. А тьма… Если только все время держать темного на свету. Но свет должен быть очень ярким. Или использовать артефакты. — То есть сдержать мага тьмы довольно сложно… Вспомнился Драмбург и его обезумевшие жители. Там тьма развернулась во всей красе и не слишком сдерживалась. Но то был элементаль, а не маг. Не человек, ограниченный совершенно естественными потребностями: сон, еда, вода, здоровье. Даже если предположить, что Герхарда опознали, и какое-то время он был ранен и не приходил в себя, прошло три месяца. Захватившие пленника уже должны были понять, что либо он безнадежно болен, либо достаточно восстановился… Но для чего? — Сила тьмы разрушительна, — тихо заговорила фройляйн Небел. — Если бы кто-то из темных попал в плен и вернул себе способность связаться с элементалем, последствия оказались бы… печальны. Именно. Наверняка тишина — то, что добивало Георга. Столь опытный маг, как Герхард, наверняка нашел бы способ заявить о себе. Однако ни требований о выкупе, ни известий о каких-либо катаклизмах. Но фройляйн уехала. И уже наверняка добралась до Ференции. Не только до границы, но и приблизилась к цели своего путешествия. Вот только куда? Валенсия вернулась к карте, лежащей на столе, и постаралась вспомнить все, что ей известно о стране сыров и революций. Через восточные горы в Ференцию попадали ткани и специи с Востока, торговля шла и морем, та же Апия снаряжала корабли за ценным товаром, но многие купцы использовали именно наземный путь. Впрочем, Ференция торговала и на море, переправляя товары в ту же Изрилиону… А ведь между странами не такое уж и большое расстояние. В западной части того, что осталось от разрозненной страны, сохранились порты. Корабли наверняка ходят. Торговля никогда не останавливается. И, что если то, что они приняли за цель, всего лишь промежуточная точка? Изрилиона ненавидит Империю. Исторически. И религиозно. Вся суть веры в Единого Создателя, проповедуемая церковниками, направлена на то, чтобы истребить магию и ересь имперцев. В Апии разрешалось исповедовать любую религию, но еще дед короля Карлоса запретил любые распри и интриги между храмами. И за долгие годы они смирились. Притихли. Поняли, что не смогут настроить целое государство против соседа. |