Книга Изнанка реальности, страница 47 – Павел Ковезин

Старик выдохнул и вытер ладонью капли пота, стекающие по вискам.

— Гундыр, с которым вы столкнулись – меньшая из проблем. Зря вы рассказали об этом миру.

— Кто бы говорил, – усмехнулся я, намекая на «Мифы», изданные тысячными тиражами.

Лесков-старший бросил взгляд на сына. Тот ёрзал в кресле, не находя себе места.

— Постойте, – на лице Филина появилась злорадная ухмылка, – он что, издал книгу без вашего согласия?

— Он нашёл черновик. Я писал эти проклятые мифы в стол. Только для того, чтобы заглушить боль. Но Юра… Юра увидел в них потенциал. Решил, что разбогатеет на продажах. Вот только теперь это уже не сказки, а пособие для юных охотников за привидениями, вроде вас.

Он отложил ружьё и посмотрел мне в глаза.

— Я же знаю: вас ненавидит общество. Вас гнобят в выпусках новостей! Ещё немного, и вы станете изгоями, как я! Будете жить в чёртовом лесу и ездить на инвалидной коляске! Вы этого хотите?! Время остановиться и оставить всё как есть. Невозможно! Остановить! Зло! – из его рта брызнули слюни. Старик стукнул кулаком по подлокотнику и схватился за сердце, словно пытаясь его успокоить.

— Вы… уверены? – спокойно спросил я, не обращая внимания на его истерики.

— Я однажды уже пытался.

Юрий дрожащими руками сжимал пистолет и то и дело поглядывал на часы, словно опаздывал на собеседование. Только мы не понимали причину его волнений. Он что, боится родного отца?

Лесков-старший выдохнул и, откинувшись на спинку, достал из-под футболки ключ, висящий на шее.

— Это, – сказал он, – Кощеев ключ. Только им можно открыть сундук с иглой.

При виде большого золотого ключа у меня глаза полезли на лоб. Вот отгадка. Мы как никогда были близки к тому, чтобы убить Кощея. Филин, судя по взгляду, тоже занервничал.

— Когда родился Юра, – продолжил Лесков, – я тоже сражался с нечистью. Убил не одну тварь из потустороннего мира. Но когда уже подбирался к Кощею… он забрал у меня жену… разорвал её на куски, – на его глазах появились слёзы, – я отдал всё, чтобы найти грёбаного старика. Пожертвовал ноги русалкам ради этого ключа. Но стоило мне найти сундук… Нет, Кощей не останавливал меня. Просто наблюдал за тем, как я разбиваю яйцо и держу в руках его смерть.

– Давай, – сказал он, – убей всё живое на этой планете

— Он убедил меня, что игла – основа мироздания. И, если сломать её, умрёт не только он. Умрут вообще все.

— Зачем вы ему поверили?! – прервал его монолог Филин.

— А что мне оставалось? Рискнуть? В твоих руках судьба всего человечества, и ты готов пожертвовать им ради смерти Кощея?! Но человечество мне было не так интересно, как… сын. Вот только ему теперь насрать. И на меня, и на человечество.

Старик бросил взгляд на Юру, но тот ни на каплю не проникся речью отца. Лишь нервно вцепился в кресло и выпученными глазами смотрел на часы.

— Я сдался. Как жалкий мальчишка расплакался на той горе и выронил иглу. А Кощей, словно заботливый дедушка, подошёл ко мне.

– Ты сделал правильный выбор, – сжимая в моей ладони ключ, сказал он, – держи и не допусти того, чтобы кто-нибудь ещё раз добрался сюда. Ты же не хочешь потерять сына?

— Это всё отлично, – сказал Филин, – но вот только мне нечего терять! У меня никого не осталось! Кощей сжёг мою дочь, разрушил семью, бывшая хочет меня убить, а прохожие тычут пальцем, вспоминая грёбаную статью про Гундыра!