Онлайн книга «Трясина»
|
— То есть совершенно другой человек? — И как же быть? — В конце концов дело сделано и придется плыть по течению. Оно, конечно, будет бурным, мятежным, подчас непредсказуемым, но нам не привыкать к превратностям судьбы. — Он сейчас спит? — После гипнотического сеанса и снотворного он будет в отключке не менее двух дней. — Что ж, пусть он набирается сил, а я готов послушать обещанную сказку. — Расскажу, но с одним условием. — Слушаю. — Концовку придется досказать тебе. Принимаешь? — Не знаю… — дернул плечами Игнат. — Тогда, внимательно слушай. И Колымей, уже не в силах нести бремя своей тайны в одиночку, поведал другу то, что тот так долго и тщетно допытывался. — Жил-был юноша по имени Тит — крепкого сложения, пытливого ума, доброго сердца. В семнадцать лет он остался без родителей и его воспитанием занялся дед по материнской линии. Звали его — Григорий. Это был могучий и мудрый старец, отшельник по виду, ученый по призванию, с гордым и независимым взглядом. Тит, как послушный ученик, впитывал в себя простые, но священные слова деда. Тот говорил, что на свете множество наук, но главная из них — наука постижения Истины. «Не пренебрегай законами времени, — наставлял он внука, — помни, что каждый день твоей жизни — последний, неповторимый. Можно проспать его, провести в любовных забавах, в благотворительных деяниях, в путешествиях и созерцании окружающего мира, окунаться в бытовые мелочи, в бездну науки или другие праведные дела, но лучше в меру сочетать и первое, и третье, и пятое, и десятое. Тогда и сон у тебя будет блаженным, в нем ты станешь черпать силы и продолжать свое полезное существование…» И осознав глубину его изречений, Тит уже в ранние годы взял за правило — с утра расписывать свой день по пунктам и строго придерживаться этому распорядку. Это дисциплинировало его, помогало самоанализу, и юноша все больше убеждался, что не напрасно живёт на свете, и не беда, если не успевал осуществлять все намеченное, главное — сознательно стремился к его исполнению. Со временем это стало привычкой, не покидавшей его никогда. У него появилось ощущение, будто его душа и во сне, как бы оторвавшись от плоти, продолжала полет в мир неизведанный и таинственный. Жили они скромно, душа в душу. Старик все свои сбережения тратил на образование юноши и был доволен, как тот, живя в согласии ср своей совестью, постигал науки. Пришло время умирать мудрецу. Перед смертью он обратился к любимому внуку с наказом, и выражение безмерной грусти мелькнуло на его строгом лице: — Тит, ты всегда был гордостью и радостью моих очей, родным существом, перенявшим мудрость своих предков. Настало время проститься нам. Но ты не огорчайся, так уж распорядилась природа: тело старится и умирает, но не душа, она всегда на крыльях полета устремлена в мир неизведанный, и именно в ней таится тайна мироздания, заложенная Творцом. И не дай Бог попасть в сети Дьявола. Будь как и прежде гордым и независимым, далеким от земных пороков, чутким к людским бедам. Звезды предвещают тебе жизнь святого изгнанника, а они никогда не врут. — Он умолк, погрузившись в свои думы, и лицо его просветлело. — В старом комоде ты найдешь остатки моих сбережений. Возьми, трать по своему усмотрению. Когда же средства твои иссякнут… Посмотри на потолок… |