Книга Трясина, страница 119 – Борис Саркисов

Те же ощущения, те же переживания.

Аскольд Евгеньевич прошелся по сцене, остановился между слепыми и, выдержав небольшую паузу, обратился к залу:

— Напрашивается естественный вопрос: в чем. главный феномен этого явления? Почему они зримо воспринимают те же образы, те же. цвета, мыслят теми же категориями, как мы с вами?

Поднялось несколько рук. Рвался с ответом и Андрей: он даже привстал, чтобы быть замеченным, но профессор жестом поднял юношу с вихрастой челкой и бегающими глазами.

— Ну, Севастьянов, твои соображения?

Вадим сидел неподвижно, увлеченный действиями на сцене и в зале. То, что происходило, не столько шокировало его, сколько приносило облегчение, потому что уводило от жестокой реальности в тайный мир вечности. И он, одержимый безумным любопытством, не отрывал взора от оратора. Теперь перед ним был не тот Муратов, с которым он недавно беседовал за чашкой кофе, а человек с холодными манерами, пытливым взглядом, уверенный в себе.

— Все просто и понятно, — прокричал Севастьянов. — Они обладают тем же внутренним зрением, что и мы.

Профессор дал высказаться другим желающим, но и их ответы не удовлетворили его, скорее огорчили. Он возвратился на место, постучал карандашом по столу, снова поднялся.

— Я надеялся на другой ответ. Вы прекрасно знаете, что внутреннее зрение — результат отражения всего того, что, вы созерцали своими глазами, благодаря чему мирские картины отпечатались в сознании. Но ведь я неспроста пригласил незрячих от рождения. Повторяю — незрячих от рождения. Кто еще рискнет ответить?

Публика, несколько смущенная и озабоченная нависшим над залом вопросом, молчала, думала, терзалась в догадках. Вадима не покидало ощущение, что Колымей, будто незримый фантом, постоянно присутствует здесь, в сознании каждого, что его вездесущий дух парит над рядами. Он глянул на своего соседа. Андрей едва одерживался, чтобы не встать с поднятой рукой.

— Давай, Андрей, — Вадим локтем ткнул его в бок. — Смелее.

Андрей встал и, встретив одобрительный взгляд Муратова, произнес бойко и отчетливо:

— Только зрячий способен визуально воспринимать действительность. А раз так, то наши гости были таковыми до своего рождения, то есть в прошлой жизни. Вот почему они сохранили в памяти образ окружающего нас мира.

— Вот именно, — облегченно вздохнул Аскольд Евгеньевич, и зал ответил ему единым протяжным вздохом. — Вот именно. Другого объяснения в природе не существует. Вот мы и подошли к цели: есть ли жизнь духа после смерти плоти? Логика проста и в то же время безупречна.

Аскольд Евгеньевич поблагодарил Панаевых за участие в эксперименте, и ассистенты проводили их к выходу. Вслед за этим профессор объявил, что очередное занятие окончено.

— А новости? — послышалось из зала.

— О них я не забыл, — сказал Муратов. — Первая: уже почти готов трехтомник трудов Арсена Давидовича Багратова под общим названием «Тайны невидимого мира». В него вошли его статьи, подробные описания исследований по телепатии, гипнозу, спиритизму, новые толкования древних знаков и символов, высказывания зарубежных ученых о творчестве Колымея и многое другое. Это настоящий бестселлер, который, думаю, будет распространен с вашей помощью. Как известно, задержка с изданием была вызвана отсутствием средств. Теперь эта проблема снята. Спонсором вызвался стать директор фабрики Юлиан Ефимович. Писуев. Расходы мы ему возвратим, а вся оставшаяся прибыль от реализации трехтомника пойдет на текущие дела, в том числе на аренду своего помещения. Уже подключены к работе художники, иллюстраторы, переводчики. Надеюсь, через месяц-два мы будем иметь на руках эти книги, которые увековечат память великого, но пока непризнанного в нашей стране философа, ученого-аналитика, книги, которые не утратят своей актуальности и через сотню лет… Ну, как вам эта новость?