Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 1, страница 124 – Джин Соул

— И что я буду делать, когда стану Тайцзы?

Наставник Угвэй скрипуче засмеялся:

— Валять дурака в ожидании своей очереди расплющить ягодицы о небесный трон. Или продолжать совершенствоваться и стать богом прежде, чем станешь Небесным императором.

— Второе наверняка веселее первого, – заметил Первый принц.

— Разумеется, ведь богам позволено спускаться в мир смертных, а Небесный император делает это лишь в исключительных случаях.

Первый принц видел мир смертных в небесном зеркале. Он ему не слишком понравился.

— И что мне это даст? – спросил Первый принц. – Если я стану богом прежде, чем займу небесный трон?

— Небесным императором ты сможешь стать ещё через тысячи небесных лет, – объяснил наставник Угвэй, – а звание божества позволит тебе не умереть со скуки в ожидании. Впрочем, это не то, чему я должен тебя наставлять перед церемонией Становления.

— Я хотел бы стать богом птиц, – сказал Первый принц, не обратив внимания на его слова. – Летать, должно быть, весело.

— Летать – это адский труд, – возразил Черепаший бог. – И ты не станешь богом птиц: на Небесах уже есть бог птиц.

— А-а… – немного разочарованно протянул Первый принц, – то есть я должен стать богом, которого на Небесах нет?..

— Для начала стань Тайцзы, – отрезал наставник Угвэй.

В день семнадцатилетия Первого принца Небесный дворец украсили цветами и флагами. Церемония Становления обещала быть пышной, на неё пригласили всех небожителей. Первый принц предпочёл бы полюбоваться цветами, пока церемония не началась, но в Небесном дворе было своё мнение на этот счёт.

Ему пришлось прежде пройти ритуал очищения – простоять два часа под ледяным водопадом. Первый принц не слишком любил культивационные практики, связанные с водой. Он насквозь продрог и стучал зубами, но ему не было позволено выйти из воды, пока установленное время не истечёт. После этой экзекуции он будто бы должен был получить просветление.

«Я получу насморк», – подумал Первый принц и чихнул.

После им занялись феи, переодели его в роскошные белые с золотом одеяния, сделали ему замысловатую причёску. Первый принц глянул в зеркальце, которое всегда носил при себе, – подарок матери. То, что он увидел, ему не понравилось. Он привык носить волосы свободно, да и прежние одеяния его отличались скромностью.

«Настоящий павлин», – недовольно подумал он.

Глашатай затрубил в небесный рог – объявили начало церемонии Становления. Первый принц отправился в тронный зал в сопровождении почётного караула.

«Или стерегут, чтобы я не сбежал?» – мрачно пошутил Первый принц.

Идти приходилось бесконечно медленно: каждые два шага останавливались и дожидались следующего звука небесного рога.

«Не управимся и до заката», – ещё мрачнее предрёк Первый принц.

Перед ним распахнули двери, и он вошёл в тронный зал. Ему на мгновение показалось, что он попал в птичник небесных птиц, в глазах зарябило от разноцветных одеяний и головных уборов небожителей и небожительниц. Большинство из них были ему незнакомы. Он выискал глазами знакомые лица: Вторая принцесса, богиня небесных зеркал, наставник Угвэй…

Небесный император восседал на троне, разряженный пуще остальных. Первый принц остановился в установленном месте – у подножия лестницы, ведущей к трону, – и приветствовал отца, как и полагалось приветствовать Небесного императора в подобных случаях: многие лета и всё в том же духе. Голос его чуть дрожал и был напряжённым. Он не привык говорить громко, а теперь приходилось напрягать связки, чтобы его слова расслышали через стоящий в тронном зале гул.