Книга Пучина Сирены, страница 138 – Марта Уэллс

Сумрак спросил:

— Ты в порядке? – Он выглядел встревоженным. – Мне рассказали, что случилось. Я хотел зайти еще прошлой ночью, но меня попросили подождать.

— Я в порядке. – Лун провел рукой по волосам и яростно почесал голову. Сейчас он чувствовал себя лучше, чем за весь день, если не считать того, что умирал с голоду. – Если бы ты пришел вчера, то я бы об этом даже не узнал.

Сумрак кивнул, а затем осторожно коснулся неудобной темы, о которой хотели поговорить все, кто приходил в опочивальню:

— Гнедая… Я не понимаю, как такое вообще могло произойти.

Лун открыл было рот, помедлил, а затем решил, что нет смысла что-либо скрывать.

— Скверны заставили ее совершить страшные деяния, и она не смогла с этим жить. Прежней Гнедой не стало, и она превратилась в кого-то совершенно другого.

Сумрак молча обдумал сказанное. Через несколько секунд он произнес:

— Твой воин меня испугался.

— Он уже сталкивался с полукровками, и они были совсем не похожи на тебя.

Молодой консорт повел плечами, словно пытаясь что-то стряхнуть со спины.

— Я иногда думаю об этом. Каким бы я стал, если бы Малахита нас не спасла. Они ведь не просто живут иначе. Без преданий, без книг, без скульптур и рисунков. Наставники говорят, что у них нет даже чувств, как у нас. А я постоянно что-то чувствую. Все время. И я не… – Слова вылетали одно за другим, словно Сумрак очень давно их сдерживал. – Я не представляю себя среди них. Нет, я знаю, что я все равно отчасти такой, что это не ошибка и что я не обычный раксура, который просто таким уродился, но…

— У них есть чувства, – поправил его Лун. Он многое повидал и знал, что это так. – Они злятся. Они испытывают привязанность. По крайней мере, владыки. Может быть, кетели и дакти тоже что-то чувствуют, просто нам их не понять. Но ко всем остальным они равнодушны. Они – хищники, мы – добыча. Все остальное для них неважно.

Сумрак устало сказал:

— Мне даже не нравится смотреть, как охотятся арборы. – Он помедлил, а затем собрался с духом и заявил: – Я хочу отправиться в земной город и стать приманкой для Сквернов.

Лун уставился на него.

— Как ты об этом узнал?

— Лоза рассказала. Можно я полечу с вами?

Какой простой вопрос.

— Нет, нельзя.

— Почему? Я же консорт, из меня приманка получится лучше, чем из Лозы. – Затем он прибавил так, словно это было очевидно: – К тому же она наставница. Ее нельзя подвергать опасности.

— Консортов тоже нельзя подвергать опасности. – Лун почувствовал себя последним лицемером, когда это сказал, но с точки зрения обычаев раксура он был прав.

— Нельзя подвергать опасности тех консортов, которые могут приносить потомство, – поправил его Сумрак. – А я не могу. Зато Лоза – очень хорошая наставница.

Лун решил, что он слишком голоден, чтобы спорить.

— Даже если Малахита даст добро на этот план, она никогда не позволит тебе стать приманкой.

— Позволит. – Сумрак с надеждой подался вперед. – Если ты попросишь.

Убедить Малахиту в чем-либо и так будет непросто, даже без дополнительных трудностей.

— И не подумаю. Ты это придумал, ты и спрашивай.

Сумрак собрался было и дальше уговаривать Луна, но в опочивальню вернулся Звон. Вместе с двумя арборами он принес ножки свежеубитого травоеда, и Лун перевел все свое внимание на них. Он принял крылатый облик, чтобы было легче раздирать мясо, и с упоением вгрызся в него.