Книга Край миров, страница 102 – Марта Уэллс

Елея прошла немного вперед.

— Если часть из них пропала, это объясняет, почему здесь так пусто.

— И почему так много припасов, – добавил Звон.

Лун опять обернулся к Утесу.

— Большая группа – я не понял, сколько существ, – некоторое время назад ушла добывать припасы и не вернулась, – пояснил тот. – Они ее ищут.

Лун справился с желанием зашипеть.

— Еще одно исчезновение в этом районе.

Морские обитатели в торговом порту тоже с этим сталкивались. Сколько же исчезновений уже произошло?

— Они не видели признаков присутствия сквернов? – спросила Нефрита.

Лун заметил, что она старается сдержать рык.

Вопрос был вроде не трудный, но беда в том, что колония странных существ воспринимала мир совершенно иначе, чем раксура, земные или морские обитатели или вообще кто-либо, с кем Лун когда-либо сталкивался. Они, похоже, не ощущали запахов, во всяком случае так, как раксура. Они могли описать то, что видит группа в целом, но в терминах, которые Утес не смог бы перевести.

— Нам случалось разговаривать и с растениями, которые лучше этих существ умели общаться с другими видами, – негромко сказал Звону Лун.

— Растения имеют рассудок, – заметил Звон. – Возможно, эти существа собираются вместе, поскольку никто другой их не понимает.

Они еще некоторое время пытались вести бессмысленный разговор, пока Нефрита, нетерпеливо дернув шипами, не сказала:

— Объясни им, что по пути мы поищем их пропавших товарищей, но нам пора уходить.

Утес заговорил снова, и существа ответили. Вздохнув, он устало потер лицо.

— Они спросили, не думаю ли я, что их друзья мертвы.

Лун отвел взгляд. То, что с этими существами почти невозможно общаться, не значит, что они не могут испытывать привязанности друг к другу. Поскольку они живут так замкнуто, наверное, эта привязанность очень сильна.

Нефрита поморщилась.

— Скажи «да».

Утес произнес что-то на торговом языке, и форма разрушилась, а маленькие создания устремились обратно к стенам. Их свечение начало угасать. Утес попятился.

— Давайте уйдем отсюда и оставим их в покое.

Тем же путем они вернулись на открытую платформу. Холодный ветер вздымал гребни Луна и уносил прочь тяжелые запахи сухих морских водорослей и гниющих растений. Таким облегчением было снова выйти на воздух, оставив позади тишину улья.

Вернувшись, они собрались в общей каюте летающей лодки, где рассказали о случившемся Каллумкалу, Рорре и остальным. Стоявший у стены рядом со Звоном Лун услышал, как Вендоин спрашивает у Толка:

— Выходит, ты правда способен увидеть будущее? – Она выглядела совершенно ошеломленной. – Это не предрассудок?

Звон переглянулся с Луном и стиснул зубы. Лун пожал плечами. Вендоин была любезна и вроде бы с готовностью их принимала, но он давно решил для себя, что остальные ему нравятся больше. По некоторым признакам можно было понять, что Вендоин считает их до смешного примитивными. Возможно, у других кишцев есть опасения насчет путешествия с раксура, но те хотя бы были честны.

Держа себя в руках, Толк ответил:

— Вообще-то, это не видение будущего. Оно еще не случилось, и, значит, его нельзя увидеть. Мы видим то, что может произойти, как образы, основанные на том, что делаем или намерены сделать. Прорицать легче, если, обращаясь к тому, что уже случилось, постараться увидеть, как следует действовать дальше.