Книга Предел выживания, страница 175 – Николай Метельский

Самое забавное, что напротив той камеры, в которую меня запихнули, посадили Гадельта. Как я позже узнал, он тоже, не особо разбираясь, начал фигачить полицейских, в то время, как наши друзья, не будь дураками, проявили несвойственную десантникам и пилотам солидарность, очень быстро скрывшись с места преступления.

По итогу данного события, я несколько часов просидел в камере напротив самого ненавистного для меня пилота. Ненавистного не только из-за случившегося недавно, мы в принципе уже не раз с ним сталкивались языками. Пилоты вообще довольно пренебрежительно относились к десанту, о чём не стесняясь заявляли каждый раз, когда мы пересекались. Вот только на «Хофунде» всё, что мы, простые бойцы, могли сделать офицерам — это послать их по матери. К чести пилотов, ни разу они не докладывали о грубостях рядового состава, так что в какой-то момент всё стало чем-то вроде традиции — они нас высмеивают, мы их материм. А вот на планете, да подшофе, совсем другой разговор.

Из участка нас отпустили не сразу. Мало им было продержать нас несколько часов в камерах, мы потом ещё пару часов провели за разговором с уставшим полицейским, рассказывая каждый свою версию событий. Правда, отличались они только тем, кто первый начал ссору.

Слава богу, что полиция не стала докапываться до доблестных защитников СНП, они даже ничего не сообщили нашим командирам, просто составили протокол и отпустили нас. На выход мы пошли одновременно. Когда я это осознал, мелькнула мысль либо ускориться, либо его пропустить, но первое выглядело по-детски, а второе унизительно.

— А ничё так погуляли, — произнёс я насмешливо. — Теперь тебя смело можно назвать пандой, а не шрамолицим.

Намёк на то, какой я красавчик и как сильно бью, был более чем очевиден.

— Ты себя-то в зеркале видел? — усмехнулся он в ответ. — У тебя всё лицо один большой синяк. Позорище херово, а не десантник.

— Так это не ты бил, твои младенческие удары я не заметил, тут гадская полиция постаралась, — оскалился я.

Вообще-то хотел усмехнуться, но боль на лице не позволила. Я прям чувствовал, что моя ухмылка скорее на оскал похожа.

— Полиция, значит, — продолжил он усмехаться. — Что ж, верю. Меня-то они так и не смогли достать.

— Их было пятеро! — возмутился я.

— А меня шестеро держало, — сообщил он.

— Да что ты пиз…ишь? — развернулся я к нему на выходе из участка.

— Говорю, как есть, — повёл он плечом. — На меня накинулось больше, чем на тебя.

Жопой чую, он врёт, но не могу вспомнить, как на самом деле всё было.

— Вообще, их было семеро. Сначала меня двое оттаскивали, а пятеро подошли чуть позже, — решил я хоть как-то ответить.

— А-а-а… — махнул он рукой. — Это тебе ещё повезло. Меня-то шестеро как раз и оттаскивали, а потом ещё трое подошли.

Не, ну тут он точно врёт.

— Хочешь сказать, — попытался я изобразить скепсис, — мы вдвоём шестнадцать человек почти раскидали?

— Получается так, — развёл он руками.

— Не знаю, сколько там кого было, — подошёл стоявший до этого неподалёку Кортес, — но получили вы оба знатно.

Помимо Кортеса, у входа в участок был и Батлер, а неподалёку от них находилась группа пилотов «Хофунда». А вот девушек нигде не было.

— Два неудачника, короче, — подошёл один из пилотов. — Надо было бежать, как остальные.