Книга Утверждение власти, страница 3 – Николай Метельский

— Ха-а-а… – выдохнул я тяжко. – Не напоминай мне об этом типе.

— Поговорить с ним всё равно придётся, – ухмылялся Щукин. – Как ни крути, а он помог нам.

— Он из семьи предателей, не могу я его к себе взять.

— Ох уж эти ваши японские заморочки, – покачал головой Щукин.

— Тут даже не в традициях дело, – попытался я пояснить. – Скорее, в принципах. Простить эту семью означает сдаться. Получается, они нас измором взяли.

— Это если просто простить, – заметил Щукин. – А «Правый глаз» нам действительно помог.

— В чём именно? – приподнял я бровь.

— Задержал Виртуоза, – ответил осторожно Щукин. – Достойное и очень сложное, для Мастера, деяние.

— А если бы не задержал? – продолжал я спрашивать.

— Хм, – задумался он. – С такого ракурса я на ситуацию не смотрел.

— Вот-вот, – покивал я. – Меня бы всё равно не взяли, слишком шустрый я для диверсантов. Меньше разрушений на базе? Да. Меньше смертей? Очевидно. Но мне-то лично за что его прощать? Даже не так – лично я за тех же спасённых наёмников простил бы его. Только его. Но я наследник, мои решения – это решения рода. И прощать его и его семью от лица всех Аматэру? Для этого он как минимум должен спасти мне жизнь. Только вот это за пределами его возможностей.

— Ну да, – произнёс Щукин задумчиво. – Действительно. Род не настолько слаб, чтобы прощать за подобное. Смелость? За это и деньгами можно заплатить.

— Видишь? Тут никаких японских заморочек. Просто старая история, которая могла произойти где угодно.

— Ладно, – вздохнул Щукин. – Как скажешь. Но ты подумай, как решить этот вопрос. Мастер-лучник нам точно не помешает.

— Клаусу об этом скажи, – отмахнулся я. – Пусть наймёт старика. Тот же наёмником был, может, и решит вспомнить былые деньки.

— Ты и скажи, – усмехнулся Щукин. – А я скоро в Токио еду, мне не до этого.

— А, – махнул я рукой. – Где там мой чай, кстати? Эйка! Пусти ко мне мой чай! – крикнул я.

* * *

При моём приближении, а подходил я к нему сбоку и чуть сзади, Шима поднялся на ноги и, повернувшись ко мне, поклонился.

— И как ты узнал, что это я?

Этот вопрос меня действительно интересовал, так как при приближении других людей «Правый глаз» не спешил вставать, следовательно, он не только умудрился заметить заранее, но и опознать.

— Семейное камонтоку, Аматэру-сама, – ответил он. – В бою не очень применимо, а вот вне боя и перед его началом не раз выручало.

Удивил. Признаю, этот тип меня удивил. У этой семейки, оказывается, и камонтоку есть. То есть оно, конечно, почему бы и нет – семье Сугихара вполне достаточно лет, но как-то я об этом даже не думал. Спрашивать, что именно делает камонтоку Сугихара, я не стал, всё-таки это личное.

— Может, у вас ещё и Виртуозы были? – поинтересовался я, постаравшись не выдать удивления.

— Были, Аматэру-сама, – ответил он. Совершенно спокойно ответил. Ни гордости, ни смущения, ни какой-либо другой эмоции старик не выказал.

— И мой род не взял вас обратно? – поднял я брови.

— То были благостные времена, Аматэру-сама, – пожал он плечами. – Виртуозов всем хватало.

Виртуозов никогда не хватает. Но думаю, он имеет в виду общую силу тогдашних Аматэру, из-за которой они сумели пересилить жадность.

— И вы до сих пор простолюдины, – покачал я головой.

— Сам удивляюсь, Аматэру-сама, – чуть вздохнул он.