Книга Унесенный ветром, страница 466 – Николай Метельский

Вообще с этой помощью из темного клана Змей опростоволосился. Возможно, не будь в этом уравнении меня, все бы и проканало, а так оставшиеся нейтралы под предводительством Буяна воспользовались поводом и во всеуслышание заявили о присоединении к Акеми. После этого бедной Змейке стало совсем нехорошо. У него теперь то и дело что-то где-то взрывалось и люди мерли как мухи. Его Учителя просто не успевали быть везде.

Вчера на Акеми вышел Сверло – последний из боссов Змея, который умолял ее о встрече. На самом деле этот садист, а он, уж поверьте, не стены любил сверлить, на хрен никому не сдался. Кроме того, он неблагонадежен, и его место вполне можно отдать в качестве награды, так что этот тип явно лишний в этом мире. Короче, эта встреча никому из… противников Змея, скажем так, была не нужна, однако есть одно «но». Если Змей не дурак, а он не дурак, Сверло наверняка находится под наблюдением, и о его желании встретиться знают все, кто только может. Не удивлюсь даже, если Змей сам и навел своего подручного на мысль о встрече с Акеми. Эта женщина по большому счету является центром всей происходящей неразберихи, умрет она, и у меня больше не будет повода участвовать во всем этом. А воевать с Буяном, который наверняка займет ее место, будет всяко проще, чем с ней.

Так вот, переговоры со Сверлом с семидесятипроцентной вероятностью окажутся засадой, на которую с такой же вероятностью придут китайцы Змея. И если устроить встречу в каком-нибудь высотном здании… ну вы поняли – план по уничтожению Учителей Змея подходит к своему завершению.

Однако кроме войны у меня были и мирные дела. Какие-то, как, например, дело с верфью, продвигались нормально. Нэмото согласился занять пост генерального директора и сейчас вовсю, на пару с сыном, занимался продвижением этого проекта. Но были и дела, которые не очень-то ладились. Сейчас я выезжал на своем «майбахе» из гаража особняка имперского рода Ямана и был, признаться, сильно раздражен.

— Все настолько плохо? – спросил Рымов, глядя на меня через зеркало заднего вида.

— Меня послали. Довольно грубо. И я теперь даже не знаю, что делать.

— Все наладится, парень. Ты у нас умеешь проблемы решать.

Глянув ему в глаза через зеркало, вздохнул, переводя взгляд за окно.

— Конечно, наладится, Вась, – ответил я. – Куда оно денется.

А если нет, то кое-кого хватит удар. Или еще какая бяка. Аристо он или не аристо, но этот Ямана прошелся по самой грани, еще чуть-чуть, и я его прям там бы грохнул. Хотя нет, вру сам себе – потерпел бы. Но в очередь поставил бы его на третье-четвертое место, а с первой пятеркой моего черного списка удобную возможность я бы ждать не стал. Сам бы пришел. Ах ты ж… я ведь его теперь и убить-то не могу – если и не первым, то где-то в начале списка подозреваемых точно окажусь. А это еще один повод не трогать его в ближайшее время. В смысле не убивать, черту-то он не перешел, а просто не трогать. Однако после подобного посыла с его стороны я просто обязан наплевать на его желания, иначе многие не поймут. Так что быть Накамуре главой моей контрразведки. А с Ямана я потом разберусь – уверен, он от меня не отстанет. С имперской аристократией для простолюдина вроде меня, с одной стороны, труднее, чем с кланами, а с другой – проще. С одной стороны, они государство, а с другой – имперские службы безопасности, да и вообще госструктуры, с подачи императора хреначат их с гораздо большим удовольствием, чем кланы. Что неудивительно – в отличие от тех же кланов, имперцы могут и нож в спину ткнуть. Что у тех, что у других своя кастрюля, в которой они варятся.