Книга Убивая маску, страница 302 – Николай Метельский

Пялился он на меня больше минуты. Минуту и семнадцать секунд. Я уж поторопить его хотел. Но вот он отмер, тряхнул головой и, расправив смятый лист бумаги, принялся его читать. Читал он быстро. Прям… Реально быстро. Подняв голову после прочтения первого листа, произнёс:

— Тотальная капитуляция? Думаешь, мои аристократы это примут? Как минимум те, кого вы изгнали с Минданао, будут против, – усмехнулся он. – И что я им сделаю? Их законное право не согласиться.

— Охо-хо, – покачал я головой и достал смартфон. – Что-то мне подсказывает, что против будут немногие. А тех, кто будет, найдётся кому угомонить.

Ну и аудиозапись врубил. Ту самую, на которой разговор двух министров. Кто-то, кто плохо разбирается в политике, может сказать, что слова короля бред. Он же король! Всё должно быть по его слову. Скажет капитуляция, значит – капитуляция. Но если бы всё было так просто, то не было бы ни сёгуната, ни смен правящих династий. Королям тоже приходится прислушиваться к мнению общества. Разве что не к каждому мнению, но приходится.

Это, кстати, один из тонких моментов Филиппинского плана. Местные аристократы могут извернуться, найти лазейку и сменить правящую династию. В теории. Но тут должно сойтись столько всего… И прежде всего для этого им нужно время.

Когда аудиозапись закончилась, король сидел, прикрыв глаза и массируя переносицу.

— Даже сейчас… – прошептал он.

Не знаю, о чём он, но мне и плевать, в общем-то.

— Вы дальше читайте, – произнёс я.

Бросив на меня злой взгляд, Дутерте отложил верхний лист и принялся читать второй. И вот к такому он явно не был готов. По мере чтения его брови поднимались всё выше и выше, а после прочтения он, бросив на меня короткий взгляд, тут же принялся читать последний лист. Прочитал. Вновь посмотрел на меня. Ещё раз перечитал второй и третий лист.

— Но это же уничтожение моей страны! – произнёс он, повысив голос. – Как я могу пойти на такое?!

— Что только не сделаешь ради Рода? – пожал я плечами. – К тому же, вы выбрали не совсем верную формулировку…

— Филиппин больше не будет! – прервал он меня.

— Как государства – да, – согласился я. – Но люди и культура останутся. Просто в составе другого государства. Причём заметьте – это стандартное прошение. Для всего мира стандартное. То есть, если Император его одобрит, вы остаётесь наместником своих старых земель. Индонезию вон вообще захватили, и что? Вы вообще знаете о такой стране?

— Знаю, – выдохнул он, прикрыв глаза.

— Ну так радуйтесь, – хмыкнул я. – Ваши земли останутся под вашим управлением, просто под другим флагом. Ибо нефиг… раздавать его всяким там сомнительным личностям. Красавчик я, да? Довольно символичная победа.

— Ну ты и… – качал он головой. – Ты…

— Опять вас клинит, – вздохнул я. – В любом случае, у вас всего два пути. И второй, право слово… такой себе. Впрочем, выбор так или иначе за вами.

— Да нет здесь никакого выбора! – выкрикнул он, вскочив на ноги.

— Думайте, – произнёс я спокойно, и поднимаясь со стула, добавил: – Я приму любое ваше решение. С превеликим удовольствием.

* * *

Естественно, Дутерте выбрал то, что мне нужно. Как он и говорил – выбора у него просто не было. Сначала Род, потом семья, потом активы Рода, то есть всё то, что даёт силу и власть Рода, и только потом ты сам. Примерно в таком порядке расположены ценности аристократов. С нюансами, понятное дело, ситуации бывают разные. Правда, это к свободным от вассалитета Родам относится, в ином случае на первом… или втором месте находится господин. Впрочем, в нашем случае это не имеет значения. Дутерте – правители, над ними никого. Это за них должны умирать. И вот перед самым главным правителем встал вопрос – либо его Род умирает, либо он отдаёт страну. Не полностью, управлять-то он ей по-прежнему будет. А вот урона чести нет – будучи королём, он со всех сторон прав… Ладно, не то, чтобы прав, просто его решение поймут и примут и аристократы, и простолюдины. Когда твоя семья под прицелом – это более чем весомый повод прогнуться. Опять же, если ты не вассал.