Книга Охота на маску, страница 73 – Николай Метельский

Дежурная медсестра, точнее, целый пост с дежурными находился недалеко от входа, так что, войдя в здание, сразу направился туда. Слегка пришибленная и одновременно офигевшая женщина, услышав мою фамилию, залебезила с еще большей силой, заодно сообщила, что сейчас на этаж, где располагалась палата Атарашики, посторонних не пускают, но буквально через… Эта дуреха даже не поняла, что именно сказала, пришлось приводить в чувство живительной порцией «яки». Правда, после этого она совсем поплыла, так что, немного постояв и не услышав от нее ничего вразумительного, я развернулся и направился к лифту. На полпути слегка поменял направление, так как там собралась целая толпа народа. И ладно я с охраной, но каково будет в переполненном лифте невидимой Хирано – уже вопрос.

На лестничной клетке третьего этажа стояло двое охранников. Увидев меня и двух моих сопровождающих, они чуть напряглись, а когда мы остановились напротив них, правый от меня поднял руку.

— Этаж закрыт, попрошу вас удалиться и не создавать проблем, – произнес он.

— Меня зовут Аматэру Синдзи, и я пришел сюда навестить родственницу.

— Прошу прощения, Аматэру-сама, но я не могу вас пустить, – сказал он, заметно при этом напрягшись.

И мужика можно понять, ситуация весьма неоднозначная.

— То есть позволь уточнить, – начал я раздражаться. – Твои хозяева пришли к Атарашики-сан, из-за чего я, ее родственник и глава ее рода, не могу к ней попасть?

— Прошу прощения, Аматэру-сама, – произнес охранник напряженно. – Я просто выполняю приказ.

Я почти сорвался. И дело даже не в том, что мое раздражение дошло до предела, нет. Я не настолько неуравновешенный, чтобы срываться из-за работяги, выполняющего свою работу. Предельно вежливого работяги. Я чуть не сорвался из-за вседозволенности. Да и «сорвался» не совсем то слово. Я был раздражен и точно знал, что, если сейчас тупо вынесу охрану этажа, мне за это ничего не будет. Я в своем праве. Так еще и статус братского рода будет действовать. Именно последнее меня и остановило. Просто мне вдруг пришло в голову, что это как-то слишком двулично. Двойные стандарты в действии. Я использую привилегии, чтобы сделать гадость тому, кто дает мне эти привилегии. Мерзковато как-то.

Прикрыл глаза, стараясь успокоиться. Открыл.

— Хорошо. Я понял, – сказал я, после чего развернулся и пошел обратно.

Моя охрана тоже была напряжена и готова к драке, так что, уступая мне дорогу, они по-прежнему не сводили взгляд с имперцев. Уже на выходе с лестничной площадки в холл больницы мне в голову пришла умная мысль – если все правильно обставить, то я и из этой ситуации смогу вынести прибыль. Небольшую, скорее моральную, но все же. А всего-то и надо пройти через весь холл, собирая взгляды окружающих, подойти к свободной стеночке, облокотиться на нее, скрестить на груди руки и всем своим видом изображать ожидание. Думаю, уже завтра, да что там, уже сегодня вечером большинство аристократов будут знать, что кто-то из императорского рода не пустил главу Аматэру к Атарашики. Это не ударит по их репутации, просто покажет императорский род с не очень красивой стороны. Ну и утвердит общество в том, что у нас определенно какой-то конфликт. И что именно я – обиженная сторона. Последнее утверждение не совсем логично, так как фактов у народа никаких нет, но, как показывает практика, судят по последним новостям. Позднее можно будет еще что-нибудь такое изобразить, где меня якобы обижают.