Книга Долг легиона, страница 96 – Николай Метельский

— И я этому рад, — произнёс я коротко. — А теперь заходим, не стоим.

То, что жрецы и паладины смогут зайти внутрь, я не сомневался, а вот когда вперёд пошёл Горано, сердце на мгновение ёкнуло — а вдруг не пройдёт? Ведь если бы он не прошёл, не прошли бы и остальные члены моей команды. Впрочем, ничего такого не случилось и мы спокойно, все вместе, зашли на территорию храма.

Внутренние помещения храма отличались от тех, что в Суре только цветом облицовки — в Суре использовался светло-серый мрамор, а здесь — тёмно-серый. Ну и размерами, само собой. Как я и говорил, храмы Миалы отличались от других наличием нескольких корпусов, чем крупнее храм, тем этих корпусов больше. Зайдя в храм, мы оказались в главном корпусе, в центре которого было огромное пустое пространство с множеством дверей. Ну а посреди зала, в который заходят последователи и гости храма, стояла крупная статуя девушки, у которой вместо одежды были только обрезки ткани. Миала во всей своей красе. Естественно, это первое, что бросалось в глаза тем, кто оказался внутри храма. Ну а первое, что бросилось в глаза мне, это шесть жрецов, сидящих перед статуей на коленях. Лиц я их не видел, так как они сидели спиной к входу, но мне это и не нужно было. Мантию сидящего прямо напротив лика богини я узнал сразу. Паварий ею очень гордился, так как золотой орнамент на ней вышивал личный портной императора. Да и лысину эту я ни с какой другой не спутаю.

Подойдя к мёртвым жрецам, которые по-прежнему выглядели словно живые, я тяжело опустился на колено рядом с Паварием.

— Безумный ты сукин сын… — прошептал я. — Лучше бы вы просто умерли.

— Великая госпожа, — услышал я слева от себя голос дурбаванца. — Они как будто только что заснули.

— Они сожгли свои души, — произнёс я, протянув руку к сложенному листу бумаги, зажатому между пальцев Павария. — Теперь их даже мёртвыми сложно назвать, пустые оболочки, не более.

— Они отдали всё ради защиты храма, — произнёс дурбаванец, сложив руки в молитвенном жесте.

Говорить ему о том, что Паварию было плевать на камни, я не стал. Он явно сделал это не ради храма как такового.

— Мы достигли цели, — произнёс я, разворачивая лист бумаги. — Делайте, что вы тут хотели сделать, и желательно побыстрее. Демонов становится всё больше.

— Понимаю, Ваше Высочество, мы поторопимся, — произнёс дурбаванец.

После чего начал раздавать команды паладинам. Несколько минут они бегали по главному залу, после чего убежали куда-то вглубь храма. Я обратил на это внимание постольку-поскольку. В тот момент меня больше интересовало письмо, оставленное Паварием. Поднявшись на ноги, принялся вчитываться в строки послания, оставленного тысячу лет назад.

'Это письмо адресовано Алексу Романову, если его читает кто-то другой, прошу, передайте его легату Романо.

Здравствуй, старый друг. Прости, что так получилось. Я помню о твоём отношении к Праху души, знаю, ты будешь злиться на меня, но так уж сложилось, что иначе я поступить не могу. Главнокомандующий Турио сообщал, что ты со своим легионом вышел нам на помощь, но в последнее время демоны блокируют связь с командованием и я не знаю где ты. Но даже если рядом, Арус говорит, что ты уже не успеешь. Просто не сможешь вывести нас из города. Прости. Слишком много здесь людей и слишком мало времени.'