Книга Сталь и магия, страница 109 – Алексей Шумилов

— Нет, — вздохнул старик. — Они со мной не откровенничают. После гибели его Величества, я потерял часть своего влияния. А когда Риана отстранили от руководства Тайной службой, лишился глаз и ушей, позволяющих быть в курсе всего происходящего.

— Понятно, — задумчиво протянула Айрин.

Несколько минут они сидели молча, каждый думая о своем. Открывающаяся дверь соседнего зала заставила принцессу и советника встрепенуться. Плейт и Оттон прошли к столу и остановились перед принцессой. Торжественно опустились на одно колено, почтительно склонили головы.

— Ваше Королевское Высочество, мы с вами, — взволнованно произнес герцог. — Можете рассчитывать на нашу поддержку.

Телега тряслась, деревянные доски протестующе скрипели, преодолевая очередные мелкие ямы и колдобины. Стэн с уже пристегнутым к поясу мечом, сидел рядом с Симоном.

— Деревня у нас много сотен лет стоит. Тут жили наши деды, прадеды, их предки. Говорят, она стояла ещё до первой войны Светлых и Темных богов, — рассказывал сын старосты.

— Здесь всегда оживленный путь был, плодородные поля и место уж больно удобное, недалеко от моря, где сейчас Ниссент стоит. Вот люди и поселились тут, построили дома, засеяли рожь и пшеницу, начали скотину разводить. Жили по-разному, три раза Хорну сжигали дотла. Первый раз во время войны Светлых и Темных, нежить и нечисть тогда хорошо порезвились, а когда они ушли, оставшиеся люди из укрытий вышли, похоронили погибших, заново всё отстраивать начали. Второй раз, барон Левант, проиграл королевский суд, выгнал всех жителей из домов, спалил всё, поля пахотные, дома, и амбары с зерном, чтобы виконту Бельту, забравшему деревню, одно пепелище осталось. Барона потом нашли и повесили по приказу наместника, но восстанавливать все пришлось самим. Людей спасло то, что виконт снизошел к просьбам и на два года освободил от налогов, пока заново не отстроятся и не поднакопят запасов. Третий раз северяне, чуть было до Ниссента не дошли. Армию виконта разгромили, его самого, вместе с семьей прямо в замке, перед всем честным народом, зарубили топорами, как скотину на бойне. Эти воины из Вальдрейна вообще лютые были, здоровенные, высокие, мышцы огромные, силища так и прет. Дружинников виконта, как ребятенков малых раскидали, рыцарей одним ударом меча или топора вместе с доспехами с коней сшибали. А что с деревней сделали. Убивали всех, кто сопротивлялся, и старых, и малых, баб насильничали, оставшихся в живых в рабство угнали. Хорошо, много людей, при их приближении в леса подались, в землянках отсиживались, пока северяне не ушли. Несколько девок, которых они толпой оприходовали, бросили и хаты подпалили, люди еле успели их из огня вытащить. Потом детишки в Хорне родились, рослые, беловолосые, статные. Наш род, чего греха таить, так на свет появился. Несколько лет назад, думали, в четвертый раз Хорну спалят, когда имперские легионы на Брегонию двинулись, и Ниссент, город под протекторатом королевства, неожиданно в войне оказался. Хорошо, что все разрешилось. Первый киранский легион до нас не дошел, в десятке километров остановился, брегонцы стали имперскими вассалами, дань Мариусу платят. Ниссент от королевства отделился, формально объявил себя вольным городом, и сразу признал верховную власть императора. Рабов и бродяг, захваченных на улицах, регулярно в Карн отправляет, золото и товары шлет, чтобы не трогали.