Книга Когда загорится Луна, страница 94 – Ольга Валентеева

— Все равно надо, Дём! Не хватало еще, чтобы ты потерял…

— Контроль над силой?

— Стипендию.

Они произнесли это слово хором и блекло улыбнулись друг другу. Сила силой, а необходимость получить не ниже заветного «хорошо» никто не отменял. Деньги не сыпались Демьяну на голову, и стипендия являлась залогом нормальной жизни в чужом городе.

— Я так и не позвонил по поводу аукциона, – вспомнил вдруг Демьян.

— Какого аукциона? – спросила Тася потерянно.

— Помнишь Ферзеву на выставке? Я говорил, мне предлагали продать картины. Средства нам сейчас не помешают. Главное, чтобы визитка нашлась.

Он умчался куда-то, а Тася почти сразу потеряла смысл его слов. Картины, аукцион… Она поднялась и поплелась в свою комнату, включила компьютер – это всегда успокаивало, а затем погрузилась в мир Интернета: сайтов, кодов, логинов и паролей. Ей это давало силы жить. Правда, ничего нового она так и не нашла. Зато полчаса спустя в комнату заглянул Демьян.

— Я послезавтра поеду на встречу, – сказал он. – Попробую договориться о продаже «Весны». Конечно, мне не предложат какие-то баснословные деньги, но лучше синица в руках, как говорится.

— Повременил бы ты пока со встречами, – задумчиво произнесла Тася.

— Надо хвататься за возможность, пока она есть. На лечение нужны деньги, значит, если я по-быстрому продам картину, это поможет Лёше.

— Спасибо.

Тася отвела взгляд. Она не привыкла к чужой помощи. У нее всегда были только брат и сестра. Потом остался брат, и как реагировать на желание Демьяна помочь, она просто не знала. Наверное, в какой-то момент Дёма стал частью их маленькой семьи. Сложно было представить, как они могли жить без него.

— А если это ловушка? – вдруг встрепенулась Тася. – Эта женщина с ее аукционом…

— Нет, точно нет. – Демьян покачал головой. – Павел Владимирович знает госпожу Ферзеву, Вихрев тоже. Кстати, я рассказал Павлу Владимировичу об аукционе, он поддержал идею. И от «Весны», если честно, хочется избавиться. Слишком свежи мои воспоминания о том, как она ожила.

— Дело твое, но мне бы хотелось, чтобы мы поехали вместе. В котором часу вы встречаетесь с Ферзевой?

— В полдень, – ответил Дёма.

— Плохо, у меня вряд ли закончится экзамен, – нахмурилась Тася. – Ладно, во всяком случае, я буду знать, где тебя искать. Только все равно будь осторожен!

— Буду, обещаю, – заверил ее Демьян. – Ты завтра с утра поедешь в больницу?

— Да.

— Тогда я приеду туда сразу после экзамена.

— Договорились.

Демьян еще немного посидел с Тасей, а потом вернулся к себе. Сразу же стало пусто и одиноко. Хотелось услышать шаги Лёшки, его игру на гитаре, пусть даже пустую ругань по поводу незакрытой банки кофе. Что угодно! Лишь бы не эта всепоглощающая тишина. Но брат в больнице, и все, чего хотела Тася, – чтобы он выздоровел. Тогда ей не о чем будет больше мечтать.

Тася уехала в больницу ранним утром. Дёма хотел сначала поехать с ней, но в итоге решил: экзамен, а потом уже больница. Все равно до вечера к Лешему никого не пустят, а Тася позвонит, когда узнает что-то новое.

На фоне последних событий Демьяна даже экзамен не пугал. Он приехал в университет намного раньше положенного, первым вошел в аудиторию, занял свое место. Постепенно мир вокруг него наполнялся голосами и звуками. Это приходили однокурсники. Они смеялись, шутили. Некоторые нервничали, оно и понятно. И только Демьян посреди этого предвкушения и ожидания казался сам себе лишним. Пустым, выпитым до донышка. Словно здесь присутствовала его оболочка, а мысли и душа были далеко-далеко.