Книга Лейтенант спасательной службы. Игры профессионалов, страница 112 – Михаил Михеев

Момент, когда громада крейсера пришла в движение, Алекс упустил. Оно и неудивительно – движение было невероятно плавным, таким, чтобы противник не понял сразу причину. Такое, как сейчас, визуально заметить сложно, а если чуткие приборы все же отреагируют, то можно списать на выброс газа через издырявленную обшивку или удар метеора. Бывает, и поверить в такое очень легко. В особенности если хочешь поверить. В такой ситуации понять, что это с нереальной точностью рассчитанный искусственным интеллектом маневр, если и получится, то далеко не сразу.

Но даже в чуть урезанном виде зрелище впечатляло. Более всего «Карачун» напоминал гигантскую стрелу, вышедшую из рук неумелого оружейника. Оперение не на том месте, древко все в буграх, сзади вообще расширяется… Но форма эта начинала внушать нешуточный страх, как только вспоминаешь, какая за всем этим скрыта огневая мощь. Даже сейчас, в сильно урезанном виде, она была колоссальна, и крейсер ее продемонстрировал!

Синхронный залп главного калибра – штука тонкая, но Роман отработал на все сто, задействовав около половины орудий. Может, хотел и больше, но остальные находились в мертвой зоне. Ну да и этого хватило, поскольку момент был очень удачный. И крейсер противника на собственной шкуре ощутил ярость имперских пушек.

Вообще, крейсера типа «Линдер», цельнотянутые с французских «Де Грасс», корабли достаточно крепкие. Хотя французская школа кораблестроения всегда тяготела к вычурности и сложности, характеристики ее произведений были на высоте. И неудивительно, что британцы, которым во время одного из конфликтов попал в руки практически неповрежденный корабль, оценили его по достоинству и, скопировав, выпустили большой серией. Так вот, корабли эти хороши, но совершенно не рассчитаны на то, что по нему в упор будет лупить кто-то на два класса выше. «Карачун» до гордого звания линейного крейсера не дотягивал, но не так и сильно, и противодействовать его артиллерии «британец» физически готов не был.

Конечно, имелся шанс на то, что защитное поле остановит или хотя бы серьезно ослабит удар, но и он не сработал. Корабль попросту не запустил еще силовое поле в боевой режим, отдавая всю энергию двигателям. А работая по-походному, на пять процентов от максимальной мощности, защита могла отразить разве что небольшой метеор. И корабельные пушки вскрыли его корпус, словно бумажный, от носа до кормы. Получилось отлично.

Говорят, труп врага всегда хорошо пахнет. Так это или нет, Алекс сейчас оценить не смог, зато глядя, как разваливается на куски вражеский звездолет, демонстрируя всему космосу выжженное бешеными потоками энергии, раскаленное добела нутро, он испытывал чувство злорадного удовлетворения. Не стоило хозяевам этих кораблей хамить его матери, ох, не стоило.

Эсминцы отреагировали с похвальной быстротой, да так, что, наблюдая за боем вживую, можно было и ослепнуть. Взрыв был мощный, яркий, словом, все как положено самому обычному, ядерному. Какой из них врезал по имперскому крейсеру столь пошлым боеприпасом, оставалось только гадать. Выбор, к слову, не из лучших – ядерный удар хорош против наземных целей, а силовые поля для борьбы с такого рода боеприпасами когда-то и затачивались. Защиту крейсера Роман на всю мощь задействовал сразу же после залпа. Так что буйство огня лишь расплескалось шикарным огненным цветком, никому не причинив вреда.