Книга Злая. Сказка о ведьме Запада, страница 174 – Грегори Магуайр

Эльфаба стояла, согнувшись почти вдвое над огромным фолиантом, разложенным на плотницком верстаке. Она повернулась – вид у неё был не слишком удивлённый – и сказала:

— Мы обе пришли к одной и той же мысли! Как любопытно.

— О, ты нашла какие-то книги! Я совсем забыла о них, – отметила Сарима. Она уже умела читать, но не очень хорошо, и поэтому книги вызывали у неё подспудное чувство собственной ущербности. – Даже не помню, о чём они. Столько слов – трудно помыслить, что мир заслуживает такого подробного описания.

— Вот здесь старинная география, – сказала Эльфи, – и несколько записей о праве пользования пастбищами разными семьями Арджики – уверена, что некоторым вождям они бы пришлись очень кстати, если, конечно, материалы ещё актуальны. Несколько учебников, которые Фиеро привёз с собой из Шиза, – я их тоже узнаю, это курс естественных наук.

— А вот эта огромная книга? Фиолетовые страницы, серебряные чернила – как роскошно!

— Я нашла её на дне шкафа. Похоже на какой-то старинный гримуар, – ответила Эльфи, проведя рукой по странице, чуть вздувшейся от влаги. Её зелёная ладонь эффектно контрастировала с пергаментом.

— Он красивый. А что это вообще такое?

— Насколько я понимаю, – сказала Эльфаба, – это нечто вроде энциклопедии сверхъестественных явлений. Магия, мир духов; вещи зримые и незримые, вещи прошлые и будущие. Я могу разобрать только отдельные строки. Смотри, текст хаотично меняется прямо у нас на глазах.

Она указала на абзац рукописного текста. Сарима пригляделась. Хоть навыки чтения у неё были весьма слабыми, она всё равно разинула рот от удивления. Буквы, точно живые, плавали и перестраивались. Страница прямо на виду у них меняла собственное содержание. Буквы сбились в чёрный клубок, похожий на муравьиную кучу.

Эльфаба перевернула страницу.

— Вот этот раздел – бестиарий. Перечень живых существ.

На развороте виднелся изящный, чуть выцветший рисунок, выполненный кроваво-красными чернилами и золотой фольгой, – судя по всему, они изображали ангела. В примечаниях, написанных изящным почерком, разбирались аэродинамические аспекты святости. Крылья мягко изгибались вверх и вниз, а сам ангел улыбался озорной, но благочестивой улыбкой.

— А ещё на этой странице есть рецепт. Здесь написано: «О яблоках с чёрной кожурой и белой мякотью: чтобы жадностью насытить желудок до Смерти».

— Теперь я вспомнила эту книгу, – сказала Сарима. – Я помню, как она здесь оказалась, я даже сама её сюда положила… но потом забыла. Ну, книги так легко отложить в сторону, правда?

Эльфи подняла взгляд. Её глаза уставились прямо на Сариму из-под ровного, точно плоский утёс, лба.

— Расскажи мне эту историю, Сарима. Пожалуйста.

Вдовствующая княгиня Киамо Ко заметно растерялась. Она подошла к маленькому оконцу и попыталась открыть его, но ледяная корка не поддавалась. Тогда женщина шумно уселась на упаковочный ящик и поведала Эльфабе, как всё было.

Она не совсем помнила, когда это случилось, но точно давно, когда все были молоды и стройны. Любимый Фиеро, ещё живой, уехал с племенем в Тысячелетние Пастбища. Сарима, сказавшись больной, осталась дома одна. Как-то зазвонил колокол на подъёмном мосту, и она выбралась посмотреть, кто пришёл.

— Мадам Моррибль, – предположила Эльфаба. – Или ещё какая-нибудь кумбрийская ведьма.