Книга Злая: Детство, страница 14 – Грегори Магуайр

Мелена всегда любила привлекать к себе внимание, но такой её практически никто не видел. Редкий момент, когда она может опираться лишь на себя. Жаль, что у её поступка нет свидетелей, способных рассказать о нём после. Для Северина и Снэппера её слова почти ничего не значат – в их представлении любая мать сказала бы то же самое. А няня и вовсе не сможет быть свидетельницей: тогда неизбежно возникнет вопрос – а почему она сама не вызвалась вместо Мелены?

Когда родилась Эльфаба, Мелена отправила послание своей семье в Колвен-Граундс – из захудалой деревушки в Венд-Хардингс. Она писала: «Не ищите меня. Я ушла по собственной воле, как свободная женщина. Но пришлите няню – мне нужна помощь». Дед неохотно выполнил её просьбу: всё же Мелена была его единственной внучкой. Поэтому няня собрала вещи и приготовилась к суровым испытаниям в заросшей дроком каменистой дыре под названием Раш-Маргинс. Прибыла туда – ворчливая, суетящаяся, любопытная. Все дальнейшие переговоры между поколениями рода Тропп также вела няня – или, как её звали вне роли прислуги, Кэттери Спанж.

Но няня – всего лишь прислуга, и это она всегда помнила твёрдо. Эльфи и Несса – её подопечные, а не родные дети. Не её дело – вызываться на их место. Что за тщеславие – предположить возможность такого обмена. Подобные мысли ей не по чину. Потому она держит язык за зубами.

А вот для Мелены это миг триумфа. Пусть на краткое мгновение, но она действительно говорит то, что чувствует. Пусть останутся жить они, эти жуткие крохи, думает она; даже мелкие букашки имеют право прожить свою неполноценную жизнь.

— Заберите меня, – повторяет она. Как будто вдруг осознала: всё, что она делала, в конечном счёте привело к этой сцене – на берегу реки тёплым зимним утром в Краю Квадлингов, к юго-западу от Кхойре. Хотя это всего лишь предположение. Мелене редко доводилось задумываться о причинах и следствиях.

Когда простой квадлингский провидец Черепашье Сердце наконец покинул каменный домик в Раш-Маргинс, на берегу Гиблого озера, бросив очарованных им Мелену и Фрекса, то вновь вернулся к своей миссии. Да, после Раш-Маргинс прошло несколько месяцев, прежде чем он оказался в Колвен-Граундс. Но он воспринимал своё паломничество как продолжительный жизненный урок. Он блуждал по окрестным землям и сплетался телами с другими, как прежде с Меленой. «Сор в супе». Тем временем живот Мелены округлялся, и приближался конец её заключения в этом глухом краю.

Стеклодув-квадлинг продолжал путь на север Манникина – и наткнулся на ту самую дорогу из жёлтого кирпича, столь ненавистную для жителей здешних мест. Ему сказали, что столица провинции – Срединный Манн, но первый аристократ провинции, Владыка Тропп, живёт в более уединённом месте (особая привилегия первых лиц – искать уединения). В укреплённой усадьбе под названием Колвен-Граундс. До которой, как ни странно, рукой подать – вон туда. Перейти три поля да заповедный парк, преодолеть декоративный ров – и там она и будет: старомодная усадьба с каменными фасадами, передним двором, аркадами и флигелями по обе стороны. Наконец-то.

Стеклодуву-квадлингу, самозваному посланнику, было, должно быть, не под силу осознать, что его бывшую возлюбленную Мелену взрастили здесь – словно отборную капусту.