Книга На руках умирает любовь, страница 71 – Габриэль Коста

Лишь спустя полминуты поток пламени стал утихать, прекращаясь, Меладея оставалась в воздухе, чтобы контролировать ситуацию на расстоянии. Даже земля под ней поплавилась и превратилась в магму.

— Если ты владеешь лишь частью силы Грисдиса, то что же умел сам Король Драконов? – тело Синделая возникло из кипящей черной жижи. – Без своего партнера ты бы не удержала трон так долго. Жалкое зрелище. Ни на что сама не способна, – он сформировался полностью. – Отброс.

— Тебя ждет сокрушительное наказание, – только и ответила Меладея, – твои…

— Но, кажется, Меладея, ты забыла, – он поднял глаза на красного дракона, – что пауки ловят мотыльков, – он сложил руки вместе. – Вторая истина. Тень, пожирающая совесть. Великая паутина.

Меладея почувствовала, как все пламя, что она скопила для следующей атаки, начало стремительно исчезать. Она попыталась расправить крылья, но сдвинуться с места не смогла. Королева Оборотней посмотрела по сторонам. Все ее конечности, крылья, голова и туловище были плотно укутаны паутиной фиолетового цвета. Она переливалась тем самым лиловым отблеском.

Меладея сконцентрировала пламя в центре груди, собираясь волной энергии уничтожить клетку, однако нити потащили ее в разные стороны. Легендарный красный дракон стал подопытным животным на столе книгописца. Вся жижа, созданная при помощи Меладеи, превратилась в оковы для нее же. Гневный рев покатился по четвертому материку. Ее поймали в ловушку.

— Я долго готовился к этому, – Синделай тяжело дышал. – Настало время лишить тебя сил Грисдиса, лишить памяти о любимом и показать, насколько ты по-настоящему ничтожна, – он сложил руки в замок. – Вторая истина. Тень, пожирающая совесть. Кокон вечности.

«Нет. Только не это», – пронеслось в голове Меладеи.

— Оставьте меня здесь.

— Хватит ныть! Все устали! – Айон дал Кайлу подзатыльник, чудом удержавшись от того, чтобы не использовать силу Архитектора.

Они поднимались вверх уже несколько дней, и силы их стали иссякать. Ранцикус вел их своими тропами, а не по известному Азелю маршруту. Они, по его словам, были короче, но опаснее и труднее. Первые два дня они шли по крутому холму, больше похожему на гору. Силы Кайла помогали контролировать погоду, а Гилем старался согреть воздух вокруг них, однако буквально с каждым шагом становилось все тяжелее и тяжелее поднимать ноги, даже в одежде со знаками. Стремительно уходящее время не позволяло лишний раз расслабиться. Теперь же всем оставалось лишь сжать зубы и подниматься выше и выше.

Но Кайл, конечно же, не мог перестать ныть. Сейчас они ступали по висячему мосту, который, вероятно, появился еще до Великой Войны. Непотопляемый старался не смотреть вниз, так как под его ногами была очередная бездна в никуда. Он даже не стал отвечать Айону на подзатыльник.

— Легко тебе говорить. Если ты упадешь, закричишь свое «А-а-архитектор» и пробьешь землю своим телом, – Кайл вжал голову в плечи. – А я еще жить хочу.

— Идиот, Ранцикус защищает нас с помощью своей искры. Пока мы с ним, ничего с нами не случится! Прекрати надоедать! – крикнул Гилем, шедший впереди группы. – Тем более здесь есть Илай, который способен поймать муху на лету.

— Я не могу ее поймать, когда она даже сидит… – прошептал Илай.

— Дружище, ты не помогаешь! – крикнул Гилем.