Книга Измена. Когда под сердцем жизнь, страница 88 – Анна Риман

— Можно присоединиться? — беззастенчиво стягивая плавки и демонстрируя свое нетерпение, поинтересовался он.

Тело снова обдало жаром. От возбуждения пересохло в горле, и я сдавленно кивнула, освобождая Алексею место рядом. Он понял меня без слов, прижал спиной к стене, покрывая поцелуями шею и медленно опускаясь. Грудь набухла и заныла. От нетерпения я запустила руки в его волосы и потянула к затвердевшему от предвкушения соску. Горячие губы накрыли чувствительное место, пока язык выделывал доводящие до исступления круги. Я протяжно застонала. Муж поднял голову. Его дыхание стало прерывистым, а в глазах бушевало пламя.

Я прижалась к нему, покачивая бедрами. Алексей зарычал, приподнимая меня и наполняя собой. Вода разбивалась о наши плечи, но нам было все равно. Его движения и мои стоны слились в едином ритме. Время остановилось. Меня уносило все выше, раскачивая на волнах удовольствия, чтобы закончиться вспышкой тысячи фейерверков в моей голове. Ноги задрожали, и я бы упала на кафель, если бы меня не держал Алексей. Я прижала его голову к себе, ловя на губах прерывистое дыхание.

— Я люблю тебя, — прошептал он, достигнув пика удовольствия.

— И я тебя, — впервые за все это время призналась я.

На дороге были пробки. Объехав перекресток дворами и оказавшись у частного садика как раз вовремя, чтобы забрать дочь с прогулки, я оставила машину на парковке и побежала на детскую площадку. Машенька, заметив меня издалека, радостно замахала рукой. Я подошла к Зинаиде Петровне. Поздоровалась.

Воспитательница приветливо улыбнулась.

— Добрый вечер, Ксения Степановна. Я пока не буду Машеньку раздевать. Подожду, когда вы подойдете.

Я благодарно кивнула и поспешила в младшую группу.

— Мама пришла, — закричала Соня, стоило мне переступить порог, и бросилась обнимать.

— Собирайся, зайка, и Каролину с собой бери.

— Она у нас будет ночевать? — поправляя растрепавшуюся косичку, спросила дочь.

— Ты ведь не против?

— Только пусть со мной в комнате спит, чтобы ей не страшно было, — подумав, серьезно заявила моя младшая.

К нам подбежала Каролина. Ее светлые кудряшки упали на глаза, и я аккуратно их поправила, убрав в сложного плетения прическу, чтобы спустя несколько минут они выпали снова. Внешностью дочка Наташи пошла в отца, а непоседливым характером очевидно в маму.

— Собирайтесь, девочки. На улице Маша ждет.

Но малышки не слушали, наперебой обсуждая, чем займутся вечером. Спустя несколько минут мне все же удалось их одеть в яркие курточки и шапки. Попрощавшись с воспитательницей, мы вышли на улицу, где нас, беспокойно переминаясь, поджидала моя старшая.

— Машуля, — радостно позвала сестру Соня и дернула за рукав. — Каролинка с нами едет.

Маша строго кивнула подружкам.

— Только чур качели снова не ломать! — по-взрослому серьезно предупредила она.

Глядя на эту картину, я не смогла сдержать улыбку. Разместила девочек в машине, и мы поехали.

Дети весело галдели, обсуждая события прошедшего дня, а я внимательно следила за дорогой. Но не успела проехать и ста метров, как зазвонил телефон.

— Настя, что случилось? — с беспокойством спросила я.

Девушка была на восьмом месяце беременности, но упрямо продолжала приезжать в офис. Сколько мы с Наташей не пытались отправить ее в декретный отпуск, она упрямо повторяла, что дома скучно. Я могла ее понять, но сносить недовольные взгляды Бегунова становилось все труднее. Виктор бы предпочел, чтобы жена совсем не работала, но вынужден был мириться с решением супруги. Свое недовольство он высказывал мне и Наташе весьма настойчиво, хоть и в очень вежливой форме.