Книга Плохой. Отныне ты моя, страница 29 – Ника Княжина

Лёша выключает двигатель, и меня пронзает холод. Сердце начинает бешено колотиться в груди, и становится не по себе. Достаточно одного взгляда в окно, чтобы понять, что мы забрались в какой-то неблагополучный район города.

Мы выбираемся из машины. Перед нами страшная, обшарпанная, грязная пятиэтажка с подозрительным двором, со сломанной детской площадкой, заросшей сорняками, и какими-то типами, щёлкающими семечки и бросающими шелуху прямо под ноги. Это место дышит безнадежностью и нищетой, отчаянием и запустением.

Я интуитивно вцепляюсь в Лёшину руку, и он сжимает мою ладонь в ответ. Он с самым невозмутимым видом идёт к подъезду, ведя меня за собой на буксире. Лис идёт за нами, опять мрачный и молчаливый.

А я вот не могу сдержать свои эмоции, не могу скрыть отвращения. Уверена, что по мне заметно, как брезгливо я гляжу на всё кругом. Правда чувствую, что Лёша явно к такому не был готов, что он тоже шокирован. Просто маска на его лице сидит более прочно, чем на моём. Он пытается казаться уверенным, спокойным, но я вижу, как напряжены его плечи.

Он открывает дверь на третьем этаже, поворачивая ключ в замке. В нос тут же ударяет затхлый запах сырости и плесени. Я морщусь.

Лампочка в прихожей загорается и тут же тухнет, погружая нас в темноту.

— Блядь. Света нет. Не разувайся, Сашенькая. Кажется, нас ждут сюрпризы, — бурчит Лёша и входит внутрь, настороженно озираясь.

Я двигаю следом за ним, будто мы попали не в квартиру, а на какое-то минное поле, где каждое неверное движение может привести к взрыву.

Спальня тут одна. Небольшая комната, обставленная старой, обшарпанной мебелью, с продавленным диваном, обтянутым выцветшей тканью. Смущённо осознаю, что спать мы будем… вместе. И что мне делать, если он захочет близости?

Ванная комната совмещена с туалетом, такая крохотная, что в ней с трудом можно развернуться. А кухня…

Мы втроём застываем на пороге, хотя это довольно неудобно. Лёша судорожно вздыхает и проводит рукой по волосам, взлохмачивая свои тёмные пряди. Он выглядит растерянным, злым и разочарованным одновременно.

— Это что? Квартира, мать её?! Блядь, только не говорите, что это был таракан, — произносит он, вглядываясь в тёмный угол.

У него такой вид, что это был не безобидный таракан, а настоящая крыса или привидение. Мне тоже не нравится, противно, но я пытаюсь не унывать. Зато нам разрешили тут пожить без оплаты аренды, и это уже хоть что-то.

— Лёш, не страшно, — веду рукой по его плечу и слабо улыбаюсь. Пытаюсь его подбодрить. — Сейчас найдём в интернете как их выводить. Всё будет хорошо.

Но по его взгляду вижу. Сейчас сорвётся.

Алексей Тенин

Меня перекрутили, нахрен, перемололи и выплюнули, как какую-то ненужную жвачку на обочину, а потом ещё и расплющили ботинком, чтобы наверняка. Потому что это не квартира, это грёбанная насмешка судьбы.

Тараканы? Да я, блядь, в жизни их не видел. Разве что на картинках в детских книжках, где очень интересные стишки были про усатых друзей. А тут — целые полчища, марширующие по стенам, словно завоеватели.

В общем, пиздец, товарищи, но я просто не представляю, как в этом дерьме жить с молодой женой. Один… да, блядь, один бы я ещё смог, перекантовался бы, забил бы на всё и выжил. После бараков с криками Дрессировщика и тумаками — эта халупа сказочное место. Даже с тараканами, плесенью и шатающейся мебелью.