Книга Побочный эффект мести, страница 45 – Елена Валерьева

Они явно не ожидали такой реакции.

— Госпожа Гордеева, мы всего лишь…

— Всего лишь маргинальные шантажисты, — чётко произнесла я. — Передайте вашему заказчику, что если он ещё раз попытается подослать ко мне кого-то с «компроматом» на человека, который спас мне жизнь, — я сама достану весь его сор из того самого досье, которое на него собирали годами. И поверьте, мой нынешний муж гораздо профессиональнее вас.

Они замолчали. Я улыбнулась — холодно.

— А теперь или покупайте букет, или выметайтесь, — сказала. — У меня рабочий день.

Они растерянно переглянулись, что-то проворчали про «эмоции» и вышли.

Я стояла посреди магазина, сжимая в руках кусочки разорванной бумаги. Сердце стучало так сильно, что казалось — его слышно в соседнем отделе.

Это был не просто визит. Это был старый приём Руслана: бить не прямо, а через чужие руки, через «информацию», через сомнения. Но в этот раз он опоздал. Моё сомнение о Диме я уже прожила. И выбрала.

Телефон завибрировал. Сообщение от неизвестного номера: «Смотри в кого вляпалась. Пока не поздно. Р.»

Я посмотрела на букву «Р» и вдруг почувствовала не злость, а… жалость.

Ответила: «Опоздал. Я уже знаю его хуже, чем ты когда-либо знал меня. И всё равно выбрала его».

Крупицы набранного текста дрожали, но пальцы нажали «отправить».

Потом я набрала Диму.

— Привет, — сказала. — К тебе тут гости приходили. С «досье» и криминальными фотками. Ты у меня прямо «слишком опасен для общества».

Он выругался.

— Руслан, — сказал. — Конечно. Прости, я думал, он успокоился.

— Не думай за него, — ответила я. — Знай за себя. Я всё равно на твоей стороне. Хоть бы что там было на этих старых снимках.

Пауза. Я почти слышала, как он улыбается.

— Спасибо, — тихо сказал он. — Это… больше, чем ты думаешь.

Я положила трубку и поняла: да, я тоже изменилась. Та Марина, которой можно было втемяшить что угодно чужими доказательствами, осталась в прошлом. Сейчас рядом со мной был человек, которого я знала не по бумажкам, а по ночным разговорам и его поступкам.

И никакие «досье» этого уже не испортят.

Когда Марина рассказала про «гостей», я сначала взбесился. Потом… успокоился.

— Он предсказуем, — сказал я ей вечером на кухне. — Как всегда. Если не получается ударить в суде, он пытается через старые схемы: компромат, намёки, давление. Только он не понимает, что ты уже… не та.

— Я тоже кое-когда не понимаю, — усмехнулась она. — Но да, на этот раз я… не дрогнула.

Я притянул её к себе.

— Гордость берёт, — честно сказал. — За тебя. И… — вздохнул, — и даже немного за Руслана. Он хотя бы не сдался окончательно. Пытается воевать до последнего.

Она фыркнула.

— Ты его сейчас ещё пожалеешь, — сказала.

Я усмехнулся.

— Жалость — не оправдание, — ответил. — Если он перейдёт черту ещё раз — у меня всё ещё есть та папка. И мои тормоза уже слегка стёрлись.

Она кивнула.

— Но пока, — добавил я, — я бы предпочёл ещё одну войну… не начинать. Мы только начали нормально жить.

В тот же вечер Руслан позвонил сам.

— Надо поговорить, — сказал. — Лично.

Мы встретились на нейтральной территории — в том же парке, только уже без детей, без ливня, без лодок. Он выглядел… старше. Не по возрасту, а внутренне. Волосы чуть отросли, под глазами — тени.

— Ты снова полез ко мне в дом, — без прелюдий сказал я. — Через каких-то жалких сыщиков.