Книга P.S. Не прощай меня, страница 31 – Юлия Бузакина

— Хочу, — киваю согласно.

Мы выходим на залитую солнцем нарядную территорию, с которой просматривается море. Я сразу подмечаю, что Геленджик кардинально отличается от Новороссийска. Новороссийск — портовый город с множеством предприятий, а здесь — курорт. Набережная в Геленджике тянется вдоль берега Черного моря и предлагает потрясающие виды на залив. Здесь имеются широкие прогулочные зоны с комфортабельными скамейками, зеленые зоны с пальмами и цветниками, а еще — разнообразные кафе и рестораны, где можно насладиться местной кухней.

К счастью, солнце не жарит. С моря дует холодный бриз, море штормит.

— Хотите мороженого? — внезапно предлагает Горский.

— Мороженого? — я перевожу на него удивленный взгляд.

Он улыбается, и я замечаю неподалеку холодильник с мороженым.

— Хочу, — соглашаюсь внезапно. — Тогда выбирайте.

Мы подходим к холодильнику. Продавец готов заполнить для нас рожки разноцветными шариками. Тут каких вкусов только нет! И манго, и моя любимая дыня, и ананас. Вкус баунти тоже имеется.

Я выбираю дыню и манго, а сверху прошу положить шарик со вкусом кокоса.

Горский выбирает себе тирамису и «Сникерс», а сверху просит полить шоколадным сиропом за дополнительную плату.

Мы медленно прогуливаемся вдоль моря.

— Сто лет не ела мороженое у моря, — восхищаюсь угощением.

Горский пробует языком шоколад и морщится.

— Недостаточно горький, — разочарованно произносит он.

Я подхожу к белоснежному ограждению и просто лакомлюсь разноцветными шариками мороженого, которые быстро тают. Ветер треплет мои волосы, солнце слепит глаза, а шумные волны и крики чаек наполняют сердце незабываемыми ощущениями. Как же хорошо! Негатив от утренней встречи растворяется, оставляя лишь легкий след.

— Прекрасно место, — сообщаю Горскому. — Наполняет позитивом.

— Вы здесь ни разу не были? — удивляется он.

Я отрицательно качаю головой.

— Нет. Винные фестивали проводятся в основном у нас в городе. Если надо было отправить продукцию на юг, мой муж посылал сюда своих сотрудников. То, что он лично решил посетить Абрау Дюрсо, весьма необычно.

— Вам идет, когда вы так беззаботно улыбаетесь, Тася, — игриво подмигивает мне Горский. — Кажется, я начинаю понимать, почему Вятич притащился сюда лично.

— И почему же?

Он пожимает плечами. В голубых глазах вспыхивает интерес.

— Вы маните, — признается чуть хрипло.

Я осторожно слизываю подтаявшее мороженное из рожка и ощущаю кожей прикосновение его взгляда. Его взгляд обжигает. Свежий морской воздух пьянит. По телу прокатывается волна теплых мурашек.

На миг я даже перестаю дышать — настолько яркие ощущения вызывает его близость.

Горский нехотя отводит взгляд. Опирается на белоснежное ограждение и рассматривает мутные воды взбунтовавшегося моря.

— Вятич поселился с дочерью в Абрау Дюрсо, на вилле «Империал», — вбрасывает новую информацию. — Самое противное, что мы окажемся в Абрау завтра утром. Фестиваль открывается послезавтра, надо будет успеть сделать все необходимые приготовления.

— А где мы будем жить?

— Лично вас ждет номер в небольшом придорожном отеле. Кира и Настя будут в соседнем номере, не переживайте. У вас будет, с кем связаться в случае непредвиденных обстоятельств.

— С вашей самой лучшей сотрудницей, которая обманом вытравила меня с первой же планерки?