Книга Разведена! После 40 жизнь только начинается, страница 27 – Анна Грин

— Пожалуй, мы с вами всё обсудили, и мне пора уходить.

— А как же ужин?

— Спасибо, я не голодна. Георгий Владимирович, была рада встретиться. Надеюсь, бумаги, которые теперь в вашем распоряжении, будут изучены и ответ я услышу в ближайшее время.

Абрамов поджал губы.

Чувствовалось, что он недоволен, и это недовольство исходило от него вибрирующим раздражением, которое, словно бы рябь, пускалось по воздуху.

Я повесила сумочку на локоть и шагнула к двери.

— Александра, а если просто… Просто останьтесь со мной поужинать. Без всякого диалога о бизнесе.

Я остановилась, выпрямила спину.

— Георгий Владимирович, я не голодна. — И это был лучший ответ на любые поползновения.

Когда я вышла из вип-ложи, то уставилась на официанта, который наблюдал за дверью. Кивнула и двинулась в сторону лестницы. Ещё несколько раз провела глазами по площадке, отмечая, что Рубен успокоился и не стал лезть под горячую руку. Что, в принципе, меня устраивало.

А рано утром звонок отца разбудил меня, такую ленивую и уже безработную.

— Ты что натворила? — Зло произнёс папа, брызгая в трубку слюной.

— А что? Абрамову не понравилась встреча? Или как?

— Ты что натворила, Саша? Ты что, действительно считаешь, что я буду терпеть твои выкрутасы?

Зевнув, я села в постели и сложила ноги по-турецки.

— А ты что, надеялся на то, что я стану элитной шлюшкой, чтобы ты меня под своих партнёров подкладывал? Я тебе дала уже понять, что торговля дочерью — плохая идея. Но если ты не понимаешь это после диалога, то пойми это, увидев документы о том, что я снимаю с себя полномочия генерального директора “Лидала” и ухожу в закат.

Саша.

— Что? — Взревел отец раненым зверем.

Я пожала плечами и потёрла сонные глаза.

— Что слышал. Я сняла с себя полномочия. Пожалуйста, давайте вы там с Рубеном, с Корникой разбирайтесь сами. А живым товаром я никогда не буду. И впредь, я считаю, тебе стоит думать, прежде чем размениваться на непонятные связи с непонятными людьми ценой моей чести.

Я старалась говорить ровно, но это было сложно. Потому что я ещё не проснулась, меня то и дело тянуло сказать что-то нелицеприятное отцу.

— Так, немедленно, быстро подняла свою пятую точку и поехала...

— О нет, теперь это не работает. Я бы поехала, я бы подняла, если бы продолжала оставаться гендиром. Но, знаешь, должность как-то мелковата. Ты же не переписал на меня “Лидал”. Ты по-прежнему главный владелец. Вставай опять во главе компании. Хочешь, нанимай специально обученного человека. Я уверена, что ты же и с другим профессионалом сможешь делать те же самые обороты, папочка.

— Молчать, Саша, молчать! Я сейчас приеду, и ты у меня…

— Да, по пути, пожалуйста, купи мне круассаны. Хорошо?

Я бросила трубку и растянулась на постели.

Я не боялась отца. До развода, да, я чувствовала себя обязанной, понимала, сколько на меня возложено. После развода, когда мне в лицо ткнули тем, что у меня все есть только благодаря замужеству, это как-то разбило всю мою веру в человечество.

Я накинула на себя длинный халат поверх атласной пижамы и двинулась в сторону кухни. Включила чайник. Набрала сына.

— Привет, мой хороший.

— Здравствуй, мам. — Ласково отозвался в трубке Вася.

— Когда ты ко мне приедешь? Я хочу тебя увидеть. Я хочу с тобой хотя бы кофе выпить.