Книга Птичка, успевшая улететь, страница 30 – Юля Артеева

До дома своей, никогда бы не поверил, что это скажу, девушки я доезжаю быстро. Потом еще минут десять жду на улице, как дебил, хотя заранее предупредил же!

Когда она, наконец, выпархивает из подъезда, я пинаю бордюр и уговариваю себя не беситься слишком сильно. А потом смотрю на Чернышевскую. Волосы завиты в локоны, выглядит свежо и симпатично. Черт, да не просто симпатично! Она очень красивая. Злость куда-то испаряется, хотя с ней мне было бы гораздо проще. Все отдал бы сейчас за возможность злиться.

— Привет, – произносит Даня смущенно.

Я раскрываю руки и взглядом показываю, чтобы подошла. Помедлив пару секунд, она все же слушается.

Прижимается к моей груди и обхватывает руками поперек тела. Так на несколько долгих секунд замираем.

Я прикрываю веки.

Хорошо. Именно так, как должно быть. Только не у меня, а у нормальных людей. Но фантазировать никто не запрещал, да ведь?

Я аккуратно веду рукой от ее затылка до кончиков волос. Приятно.

— Ну что, фоткаемся? – спрашивает Даня весело, отстраняясь.

— Да, давай.

Достаю телефон, переключаю камеру на фронталку и делаю снимок нас вдвоем. Собираюсь сразу отправить его Коле, но Чернышевская возмущается:

— Ты что, один раз сфотал?

— Ну да. А сколько надо?

Вздернув бровь, она качает головой:

— Мужчины… Дай сюда.

Птичка выхватывает у меня смартфон и устраивает целый фотосет. Кривляется, очаровательно наморщив носик и высунув язык, заставляет обнимать ее, потом делает вид, что я сжимаю ее слишком сильно. Сначала чувствую себя неловким поленом, но потом так заражаюсь ее энергией, что смеюсь и начинаю подыгрывать.

Затем Даня сосредоточенно разглядывает фотографии, удаляет лишние, а те, что, по ее мнению, достойны, сама скидывает Коле.

Я замечаю ворчливо:

— На портфолио, что ли, карточки?

— У твоего дяди есть девушка? – интересуется она вместо ответа.

— Ну есть.

— Тогда он знает, что стремную фотку я бы не позволила отправить. Уверена, он так же ворчит, но послушно фоткается.

Я фыркаю. Конечно, она права. Я подписан на Дашу в социальных сетях, видел их совместные кадры. В глазах у Коли четко читается: «Помогите».

И говорю:

— Потому что он каблук.

— Потому что он любит ее, – возражает Дания тихо и протягивает мне телефон.

Шаркаю подошвой об асфальт и смотрю в сторону. Начитанная девочка верит в любовь. Может, моя мама тоже верила? Поэтому в петлю нырнула?

Заставляю себя вернуться взглядом к нежному лицу Чернышевской и улыбнуться:

— В блог фотки так же выбираешь?

— Вообще-то еще тщательнее. Кстати! – Она оживляется. – Дай я тоже сниму. У меня там просто много лайф контента, одноклассники мониторят канал, так что странно будет, если я ничего не выложу.

— Все-таки сосаться будем?

Даня бросает на меня быстрый странный взгляд и бормочет:

— Ну ты прикладываешь все усилия.

— Я еще вообще не старался, птичка.

Она цокает языком, а потом сто тысяч лет снимает наши переплетенные пальцы. Мое дело маленькое: я просто стою рядом и сдаю в аренду свою руку. Но ощущения в целом приятные, а Чернышевская уж слишком забавно морщит лоб, так что я почти наслаждаюсь процессом.

Когда заканчивает, она разнимает наши ладони и делает шаг назад. Прячет руки за спину и говорит:

— Спасибо.

— Да не за что.

— А куда ты едешь?

Против воли окидываю ее взглядом. Широкие джинсы, клетчатая рубашка повязана на поясе, майка и распахнутый бомбер. На Дане нет белья, и, кажется, я задерживаюсь глазами на ее груди дольше, чем можно было.