Книга Проект по дружбе, страница 94 – Юля Артеева

— Мы разве об этом должны были говорить?

Долин игнорирует мой вопрос и уже не сдерживает поток своего болючего яда:

— А вы давно вместе? Мы с тобой пару дней назад в рестик ходили на восьмое марта. Тебя парень твой никуда не захотел пригласить?

— Ого, – выдаю вдруг искренне, – я тебя разве настолько сильно обидела, Доль?

— При чем тут обида. Я так, просто факты свел.

— Антон, давай по-честному? Прямо ты ничего не сказал, но дурака сейчас из себя не строй. Мы дружили. Я тебе доверяла. А потом оказалось, что у тебя ко мне, – кручу рукой в воздухе, подбирая слова, – какие-то другие чувства. Я догадаться о них должна была? Или непременно ответить взаимностью?

— Знаешь, что ты должна была сделать? Не использовать меня в своем долбанутом проекте, вот что.

Я потерянно хватаю ртом воздух. Становлюсь пунцовой – даже в зеркало смотреться не нужно. Черт. Мой нечестный поступок просто испарился из моей головы. Доля имеет полное право злиться. Я поступила просто отвратительно. А если бы знала, что нравлюсь ему, никогда бы этого не сделала, не спровоцировала бы. Но в этом ведь не было ничего ужасного, ничего! Хотя одно то, что согласилась использовать его, наши отношения – уже липко и неприятно.

— Не ожидала? – кривит губы Долин.

— Не ожидала, – соглашаюсь неожиданно легко.

Мы молчим, и он первый прерывает паузу:

— Скажешь что-нибудь?

— Мне очень стыдно, Антон. Я поступила плохо. Очень плохо. Может быть, будь мы только друзьями, было бы не так ужасно, но…

— Нет, малышка, – старое прозвище режет ухо, – разницы почти нет. Ты меня провоцировала ради своей выгоды. Так друзья не поступают.

Я киваю, склонив голову. Мне горячо и неуютно. Как будто температура подскочила. Только я не больна, мне просто стыдно.

— Прости, Антон. Это было подло. Мне было бы больно о таком узнать.

Я говорю искренне, но как будто все не то. Мне бы хоть подготовиться как-то, поискать слова, а не вот так с горячими щеками отводить взгляд.

— Ты права, это больно. Ты действительно так повернута на учебе, что все готова была на откуп отдать?

Грудная клетка сжимается, по спине летит холодок. Невесело усмехаюсь и наконец смотрю ему в глаза:

— Не такое уж я и чудовище. Просто иногда делаешь неправильные вещи и потом о них жалеешь. Я нашу дружбу на паре отстаивала. Говорила, что все эти стереотипы дурацкие, а мы, мол, с Долиным реально дружим. Хотела доказать свою правоту. Глупо! Понимаю, что глупо. Прости.

Он поджимает губы и испытующе смотрит на меня:

— С этой стороны я историю не знал.

— Доль, поступок правда ужасный, но я не хотела плохого. Ты ведь меня знаешь. Знаешь ведь? Скажи, что знаешь! – прошу сбивчиво.

— Да знаю, Жень.

— Ты обижен?

— Я сильно обижен. Но со своей стороны теперь вижу, что тоже был не прав. Извиняться не готов. Честно. Нам бы подумать обоим.

— О чем?

— Не знаю, может, просто остыть?

— Чтобы что? – упрямо допытываюсь я.

— Боже, Женя! Чтобы снова начать дружить! Я не социопат, я понимаю отказы. У тебя парень теперь. А я плакать по углам тоже не хочу, гордость имеется.

Интонацией стараюсь показать, что не напираю, а наоборот, сдаю назад:

— Я понимаю. Я не об этом.

— Да знаю я. Только все это переварить надо. Ты правда хотела доказать в проекте, что наша дружба, условно говоря, все переживет?