Книга Проект по дружбе, страница 69 – Юля Артеева

Подтягивает меня к себе и целует в лоб. Потом отпускает и снова со смехом выдает:

— Если в реальной жизни увидишь зомби-собаку, будь добра, сразу стреляй, а не сюсюкайся.

— Это же собака, Яр.

— Зомби!

— Ну ничего святого, – притворно цокаю языком.

Потом мы идем есть, и Шмелев уговорами снова скармливает мне целую порцию. Не знаю, как у него это выходит, но я подчиняюсь. И почти не чувствую вины за то, что нормально поела. Когда откидываюсь на спинку стула и со вздохом удовлетворенно поглаживаю полный живот, у меня звонит телефон. Боюсь, что это Долин, но на деле выходит еще хуже. Это мама.

— Да? – отвечаю с опаской.

— Зайка, у тебя все хорошо? Ты с Антоном? – она еле перекрикивает музыку.

Кошусь на Ярика и надеюсь, что он не слышал вопроса. Отвечаю:

— Да. А что такое?

— Мы с тетей Аленой поедем к ней на дачу, хорошо?

— Хорошо.

— Антону привет! Не теряй меня!

Я скидываю звонок и смотрю на застывший экран телефона. По правде говоря, я давно уже ее потеряла. Жалко, что мама этого не понимает.

— Жень, все в порядке? – Яр обеспокоенно хмурится и касается моей руки, которую я сжала в кулак, сама того не заметив.

— Да, – пытаюсь улыбнуться.

— Точно?

— Точно, Яр. Хочешь ко мне? Только фильм в этот раз выбираю я.

Я стараюсь говорить весело, но выходит взволнованно. Как будто сейчас это приглашение обрастает дополнительными смыслами. Еще немного, и потонет под весом собственной многозначительности.

Яр замирает, останавливая на мне прямой взгляд серых глаз. Вижу, что понимает если не все, то большую часть моих эмоций.

Кивает.

Говорит тихо:

— Падаем, Жень?

— Падаем.

Женя

Мы выходим из такси, но Яр тянет меня за руку в сторону от подъезда.

— Ты куда?

— Зайдем в магазин?

— За попкорном?! – кричу возмущенно, чем очень его веселю.

— Возьмем, что захочешь, – он смеется, – но и попкорн тоже!

В супермаркете метем с полок все подряд. Я беру сухофрукты, печенье без сахара, а Яр каждый раз доказывает мне, что это тоже далеко от правильного питания, но все равно закидывает в корзину. Туда же отправляются попкорн, яблоки, крекеры, зефир, горький шоколад, арахис, минералка и крафтовый лимонад.

На кассе я приподнимаюсь на цыпочки и шепчу:

— Как будто мы собираемся кормить одну огромную беременную женщину.

Яр давится смешком и закрывает лицо ладонью. Берет с полки у кассы киндер-сюрприз и тихо поясняет:

— Тогда это для ее будущего ребенка.

Хихикаем как два дурака и хитро переглядываемся, пока кассир пробивает наши покупки. Ярик снова проворно успевает оттолкнуть мою руку с банковской картой и прислоняет свою. Недовольно ворчу себе под нос, потому что он весь вечер не позволял мне платить, и я чувствую себя немного неловко. Он игнорирует, складывает все по пакетам и невозмутимо выходит на улицу. Тороплюсь за Шмелевым и на крыльце поскальзываюсь.

— Гольцман!

— Все в порядке! – смеюсь, схватившись за поручень и собирая вместе ноги. – Живая!

— Господи, тебя из рук выпускать нельзя, покалечишься.

— Так не выпускай, – выдаю с какими-то несвойственными для меня игривыми нотками.

Тут же смутившись, припускаю вперед, к своему подъезду.

— Женя, не убейся!

Подтверждая его слова, тут же снова скольжу по обледеневшему асфальту. Взрываемся хохотом уже вместе.

Дома Ярик разувается и спрашивает: