Онлайн книга «Лжец. Мы больше не твои»
|
— Вадим, я… я думала, что бесплодна, но… мы с тобой… без защиты… а сейчас… у меня задержка, и я не знаю, что делать, как с этим быть… — В смысле, как быть?! – подается вперед и обнимает меня. — Ну… просто… Кусаю губы и смотрю в любимые насыщенные глаза мужчины, который был предначертан мне с самого начала… — Просто… если ты подаришь мне еще и дочку с твоей задорной улыбкой – я буду самым счастливым мужчиной на свете! Поднимает меня и кружит в воздухе, а затем делает один звонок, и спустя пятнадцать минут передо мной уже лежат различные тесты. Кажется, кто-то весь прилавок скупил, а я уединяюсь в ванной. Сердце бьется в груди в неровном темпе, накрывают воспоминания о том, как у меня были тесты и, как всегда, они были отрицательными, и горечь опять возвращается, как когда-то… Прикрываю веки, чтобы не накручивать себя, и открываю только спустя время, а затем… делаю еще один тест и еще… Зажимаю его в руках и выхожу. Меня штормит и трясет, и прежде, чем я успею сказать Вадиму результаты теста, Царев ловите меня в объятия и выдыхает в мои губы: — Выходи за меня, – говорит на одном дыхании, а я заглядываю в глаза Цареву и слегка улыбаюсь. — Сейчас? — Да. Хочу, чтобы по закону женой моей стала. Люблю тебя. Пацанов наших. Вы мне жизнь светом наполнили. — А тест? – спрашиваю, улыбаясь, а у самой счастье в груди растет с каждой секундой все больше. — Неважно. У нас уже есть два парня. И я самый счастливый отец, если… Бог даст дочку или еще сына… не знаю… улечу на седьмое небо, – подмигивает и улыбается, и его глаза лучатся светом, а я обнимаю Вадима за шею крепко-крепко и шепчу счастливо: — Я беременна, Вадим… У нас будет еще один малыш… и мой ответ… “да”… Я стану твоей женой… Глава 20 Вадим Царев Никогда не думал, что человек, которого я презираю, который стал виной всех бед в моей жизни, сделает мне величайшее из благ. Станиславский в погоне за своими целями, за деньгами и прочим подарил мне детей от любимой женщины… И вот теперь я выхожу на террасу своего дома и наблюдаю за Ниной, за тем, как она играет с нашими сыновьями. Как весело смеется, как бегает, пытаясь поймать убегающего от нее Кирюшку. Самые дорогие в мире люди. Самая большая ценность. Однажды я поклялся, что отберу у Станиславского все. Все то, что принадлежит мне, но я никогда не думал, что жизнь вывернет все именно таким образом. Я воевал, отжимал его бизнес, возвысился так, что мой концерн мог поглотить империю моего так называемого брата… Но. Я сожалел, что он отнял у меня любимую, что у них дети… Я бесился и умирал внутри, не имея шанса обозначить себя, потому что знал Нину. Ее порядочность. Она бы не подпустила. Не поверила, да и все слишком сложно было… — Малышня! Не догоните! – веселый хохот моей Нины, словно журчащий ручеек, и я улыбаюсь. Выхожу к ним, мальчишки, как только меня видят, оборачиваются, и я буквально столбенею, когда один из сыновей оборачивается и, улыбаясь во все свои недостающие зубки, кричит: — Па... па… Замираю. Сердце будто удар простреливает, током бьет, ударяет так сильно, что я просто останавливаюсь и смотрю за тем, как две кометы летят в мою сторону. — Па-па… – подхватывает Кирюша. А у меня… никогда не был мягкотелым. Отучился. А тут… Когда два крохотных тела врезаются в меня, когда пухлые руки тянутся, и я подхватываю своих пацанов, прижимаю к себе, заглядываю в карие глазки с желтоватым отблеском, и мои близнецы вдвоем выговаривают с запинкой: |