Книга Я преподам вам урок!, страница 88 – Tommy Glub

Мне хочется встать. Закричать. Ударить.

Но я сижу. Потому что Дар сжимает мое колено, а Ян смотрит на меня — и в его глазах я вижу: подожди.

— Хорошо, — Ян говорит, складывая руки на столе. — Тогда давайте поговорим о цене.

— О какой еще цене? — Роман хмурится.

— О той, что вы заплатите, — Дар берет слово. — Маше принадлежит доля в бизнесе ее отца. Мы восстановим ее права. Вы вернете все, что украли. Все до последней копейки. Марать руки вашей кровью мы не горим желанием.

Роман смеется.

— Или что? Вы пойдете в полицию? У вас нет доказательств.

— Доказательства есть, — говорю я.

Мой голос звучит чужо. Спокойно. Твердо.

Оба мужчины смотрят на меня, будто видят впервые.

— Мы знаем про офшоры, — продолжаю я. — Про подкупленных партнеров. Про угонщика, которому заплатили за аварию. Мы знаем все.

Валерий бледнеет. Роман сжимает челюсти.

— Вы блефуете, — говорит Роман.

— Хочешь проверить? — Ян достает телефон, прокручивает что-то на экране. — Вот запись разговора с Громовым. Вот выписки со счетов. Вот показания свидетелей.

Он поворачивает экран к отцу. Роман смотрит — и его лицо медленно каменеет.

— Черт, — выдыхает он.

— Мы можем сделать это по-хорошему, — говорит Дар. — Или по-плохому. Выбор за вами.

Молчание.

Потом Роман откидывается на спинку стула, складывает пальцы домиком.

— Хорошо, — говорит он. — Мы вернем вам деньги. Но у нас есть условие.

Ян и Дар одновременно напрягаются.

— Какое? — спрашивает Ян.

— Вы возвращаетесь, — говорит Валерий. — Оба. Работаете в семейном бизнесе. Ян — с Ромой. Дар — со мной.

— Что?! — Дар резко встает, его стул скрипит по паркету.

— Это не обсуждается, — Роман поднимает руку. — Или вы соглашаетесь, или мы уничтожаем все ваши «доказательства» и делаем так, что ни один суд не примет их всерьез. У нас есть связи. У нас есть деньги. У нас есть власть.

— Вы не можете нас заставить, — говорит Ян, но его голос уже не такой уверенный.

— Можем, — улыбается Роман. — Потому что если вы откажетесь, мы разрушим ее. — Он смотрит на меня. — Мы найдем способ достать ее мать, например.

— Вы когда-то… Любили ее мать.

— Когда-то и трава была зеленее, сын.

Мой желудок сжимается.

Дар смотрит на меня, потом на Яна. В его глазах — ярость. Бессилие. Вина.

— Мы подумаем, — говорит Ян наконец.

— У вас есть сутки, — Роман встает. — Завтра в это же время.

Он уходит, не оглядываясь. Валерий бросает на нас последний взгляд — полный ненависти, страха, чего-то еще, чего я не могу разобрать.

Потом и он уходит.

Мы остаемся одни.

— Черт, — Дар бьет кулаком по столу. — Черт, черт, черт!

Ян молчит. Его лицо — камень.

— Они не могут нас заставить, — говорю я, но мой голос дрожит.

— Могут, — Дар смотрит на меня. — Они могут. И они сделают это. Они сделают так, что мы потеряем все…

— Тогда мы не соглашаемся, — говорю я. — Мы пойдем в полицию. В прессу. Мы…

— Они убьют тебя, — Ян перебивает меня. Его голос тихий. Спокойный. И одновременно ужасающий. — Они не остановятся. Они найдут способ сделать так, что это будет выглядеть как несчастный случай. Как самоубийство. Как еще одна трагическая случайность.

Мне холодно.

Очень холодно.

— Тогда что нам делать?

Ресторан пустеет. Официанты убирают соседние столики. Свет падает на хрустальные бокалы, отражается в них искристыми бликами, но мне сейчас не до красоты. В горле стоит ком, а руки дрожат так, что я прячу их под стол, где Дар крепко сжимает мои пальцы.