Книга Я (не) твоя, дракон!, страница 31 – Елена Солт

Со следующей её фразой всё встаёт на свои места:

— Ах, вот, как вы заговорили сейчас? Помнится, были покладистее, когда я сращивала вам переломы и молчала о ваших драках! Зря, похоже?

Вот оно что! Миссис Олынь уже не молода, и она работала здесь ещё когда Нортан учился… Теперь понятно, откуда её свободный тон и отсутствие благоговения перед учредителем крупнейшей корпорации и родственником короля.

И вот почему Нортан не спешит поставить на место зарвавшуюся целительницу. Чувствует себя ей обязанным?

Несколько секунд они напряжённо смотрят друг на друга. Я забываю дышать. И неожиданно дракон уступает:

— Не зря, — цедит сквозь зубы, после чего встаёт, мажет по мне взглядом. — Сообщите мне, когда адептку Бонс будут готовить к выписке. Я лично сопровожу её в кабинет ректора по важному вопросу. Я с ней не закончил.

— Как угодно, мистер Обертон, — склоняет голову целительница. — Думаю, завтра утром у будет такая возможность.

— Хорошего вечера, миссис Олынь.

Только когда широкая спина дракона исчезает в дверном проёме и закрывается дверь, я откидываю голову назад, делаю глубокий вдох, а затем выдыхаю.

Итак, у меня есть краткая передышка перед смертью. Осталось подумать, как ею воспользоваться.

Поздно вечером, когда повсюду уже погашен свет, я лежу без сна одна в пустой палате и смотрю в побеленный потолок, где свет луны падает на круглую люстру, вырисовывая вокруг неё причудливые тени.

Прокручиваю в пальцах мамин кулон.

Нортан ясно дал понять, что не отступит и не оставит меня в покое. Дался ему этот реверс, даже если это действительно он! О чём Нортан не может знать наверняка! Зачем он мучает меня? Почему не оставит в покое? На этот раз мы должны были пойти каждый своей дорогой! Почему всё идёт не так? Снова…

Из-за заживляющего зелья и активной регенерации раны мучительно чешутся и зудят.

Наутро после бессонной ночи голова тяжёлая и ватная. Я почти не спала, зато успела тщательно обдумать план.

Сажусь на скрипучей узкой кровати, свешиваю ноги. Кончики пальцев касаются холодного каменного пола. На тумбочке ровной стопкой лежит чёрная форма крылоборца, которую вчера привели в порядок сразу после того, как сняли с меня.

Прямо поверх повязки натягиваю рубашку, штаны, портупею с оружием. Осматриваю себя в тусклом свете ночника. Штаны чистые и без пятен, рубашка целая и без дыр от когтей гарпий.

Я обязательно поблагодарю миссис Олынь за всё, но сейчас я должна сделать кое-что важное. Подхожу к окну, тихонько отпираю шпингалет и дёргаю на себя деревянную оконную раму, та поддаётся с жалобным скрипом.

В лицо ударяет прохладный влажный утренний воздух, напитанный запахами травы, земли и росы. Забираюсь с ногами на подоконник, смотрю вниз. Первый этаж, хотя и высокий. По низу стелется редкий молочный туман.

Оцениваю расстояние до земли. Выбраться я смогу, а вот забраться назад — вряд ли. Но выбора у меня в любом случае нет. Штрафные баллы лучше, чем виселица, как ни крути.

Не раздумывая больше ни секунды, перелезаю через подоконник, свешиваю ноги, а затем спрыгиваю вниз со звуком брошенного на землю мешка с песком.

Резкое движение отдаётся в плече болью. Терпимо.

Подошвы сапог скользят на влажной от росы и тумана траве. Чтобы удержать равновесие, касаюсь травы ладонью. Пальцы сминают тонкие травинки и тут же мокнут. Поднимаюсь на ноги, вытираю ладонь о штаны.