Книга Позывной "Аббадон", страница 136 – Екатерина Воробьева

Если она была огнем - необузданным, диким и опасным - он был ветром. Был тем, кто придавал этому пламени форму, держал границы, задавал температуру и жар. Где-то тушил, доводя до чуть тлеющих углей, а где-то, наоборот, раздувал целое пожарище.

После пары бесплодных попыток вырвать доминирование Джин подчинилась и доверилась ему. И тогда она впервые в жизни почувствовала, каково это - быть любимой. Быть той, кого просто, безусловно любят. К кому относятся с большим трепетом и почтением. А Тедди буквально поклонялся ей и ее телу. На ней не осталось ни единого участка кожи, которому бы он не уделил должного внимания.

Ей хотелось отплатить ему той же монетой. Хотелось любить его, подарить ему все то, что горело у нее внутри, но то, что пока она не могла сказать вслух.

— Просто расслабься. Сегодня твой вечер. - целуя ее щеки хриплым голосом, простонал он - Сегодня все для тебя.

— Но я хочу сделать приятное и тебе.

— Мне уже приятно. До безумия. Ты рядом. Со мной. Подо мной. Это все что мне сейчас нужно.

Тишину квартиры нарушали только громкие всхлипы, стоны и крики, когда Чандлер в очередной раз доводил Джин до судорожных оргазмов. И когда она содрогнулась, сжалась и закричала в последний раз, крепко обняв его ногами, Тедди и сам не выдержал и с громким, хриплым рыком излился в нее с опозданием задумавшись о последствиях.

— Твою мать! - громко выругался он и начал суетиться.

Джин крепко обняла его, не давая встать с себя.

— Я принимаю подавитель фертильности. Все нормально. - успокоила она его легкими поглаживаниями по спине.

После этих слов Тедди расслабился и сгреб ее под собой в объятия.

Джин скользила руками по его широкой спине, плечам и рукам. Рельефные мышцы играли, незамедлительно отзываясь на ее прикосновения.

Когда сонная нега начала заволакивать их обоих, Тедди поднялся с пола, поднял Джин и уложил ее в кровать рядом с собой.

Они долго, молча смотрели друг на друга. Пытались запомнить каждую черточку лица, каждый изгиб, шрам, родинку и морщинку.

Тедди уснул первым. А Джин продолжала любоваться им. Его крепкой шеей, широкими плечами, стальной грудью, сильными, со вздутыми магистралями вен, руками. Его лицо во сне разгладилось, расслабилось и приняло почти мальчишеские очертания. Такие милые и безмятежные. И это не смотря на густую, темную щетину, которую он так и не успел сбрить.

А затем она и сама соскользнула в сон. Казалось, всего на пару минут прикрыла глаза. Она не хотела оставаться, хотела сбежать, как обычно, из мужской постели, но уснула. А когда открыла глаза, рассвет уже вовсю озарял, небо прогоняя темноту ночных сумерек.

Присмотревшись к Чандлеру, она поняла, что он по-прежнему безмятежно спит, а его рука крепко и надежно обнимает ее за талию. Но стоило ей пошевелиться, как он прижал ее к себе еще крепче. И тогда, не рискуя разбудить его, она просто телепортировалась в ванную.

Вытащила свои постиранные и высушенные вещи из машинки, тихо оделась и крадучись направилась к двери. Взяла в руки ботинки, куртку и с тихим, легким щелчком открыла дверь. Но стоило распахнуть ее на какие-то жалкие десять сантиметров, как сильная рука, с резким, глухим звуком упершаяся в дверь, захлопнула ее перед носом Джин.

- Так и знала, что надо было телепортироваться отсюда. - с досадным опозданием подумала она.