Книга Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти, страница 351 – Галина Гончарова

— Я говорил еще об одном маленьком дельце, кудряшка. Это дело перед вами. Княгиня Елизавета очень недовольна поведением своего вампира. Она обвиняет его в предательстве и приводит достаточно веские доказательства. Она хотела прибыть сюда сама, но узнав, что я еду в ваш город, убедительно попросила меня провести казнь вместо нее.

— ЧТО?!

— Провести казнь вместо нее, кудряшка, – повторил вампир, словно обращаясь к полному идиоту.

— Какую казнь? – сегодня я проявляла удивительную тупость.

— Казнь вампира по имени Даниэль, кудряшка. Я захлопала глазами.

— Но за что?!

— Княгиня Елизавета обвинила своего слугу в предательстве, – уныло разъяснил вампир. Голос его был невыразимо тоскливым. Словно он зачитывал что-то сто раз прочитанное и надоевшее до зубных колик. – По ее словам, он шпионил в пользу другого Князя, а у нас это карается смертной казнью. Кстати, это действительно так?

Его глаза уперлись в Даниэля.

— Я не шпионил, – обиделся вампир. – Мечислав спрашивал меня, и я отвечал, если знал.

Вампир смотрел на него, и на серьезном лице читалась невыразимая тоска.

— Врете, молодой человек, и весьма неумело, – Рамирес глядел на него с явным неодобрением.

— Но это глупость какая-то!

У меня в голове не укладывалось происходящее. Мало ли что там сделал Даниэль! Он мог шпионить хоть за Наполеоном в пользу султана турецкого! Какое это имеет значение, если Мечислав теперь – Князь Города и может своей волей освободить Даниэля?!

— Никакой глупости, кудряшка, – заверил меня Рамирес. – Княгиня властна в жизни и смерти каждого своего вампира. Да, она не стала бы убивать Даниэля без веских на то оснований, но он предал свою госпожу. Этого более чем достаточно.

— Но он помогал другу!

— От этого предательство не станет благородным поступком.

— Я ничего не понимаю! – взвыла я. – Что происходит?! Я не хочу!

— Не надо ничего понимать, кудряшка, – прервал меня Рамирес. – Сейчас мы казним этого вампира, а потом, когда очнется ваш господин, я поговорю с ним о вашем прибытии в Совет.

Я сверкнула на него глазами.

— Можете даже и не говорить! Если я ввязалась в это дело из-за Даниэля, неужели вы думаете, что я сделаю хоть шаг в нужном вам направлении после его смерти?! Богом клянусь, ни в каком Совете меня не увидят!

— Это не вам решать, кудряшка, а вашему господину.

— Юля, – рука Вадима легла на мое плечо. – Спокойно!

Он был прав. Если я начну беситься, Даниэля это не спасет. Я вдохнула и попыталась говорить здраво. Мне же не три года, чтобы топать ногами и орать?! Ведь не три года?

— Если Елизавета помилует его, вы не будете иметь ничего против?

— Почему я должен быть против, кудряшка? Я вовсе не кровожаден.

— Да неужели? – съязвила я. – И питаетесь, как комары-самцы, только нектаром?

В глазах Рамиреса блеснула злая искра.

— Взять его!

Два вампира схватили Даниэля. Он не сопротивлялся. Опустил глаза, потом поднял их и посмотрел на меня. В серебристых глазах отражались тоска и нежность.

И – безнадежность. Он уже сдался?! Но я – нет!!!

— Кажется, мне так и не удастся написать твой портрет.

— Посмей только умереть! Убью! – взорвалась я. – Как я могу связаться с Елизаветой?! У нее есть телефон?! Хоть что-то?! Рамирес, дайте мне поговорить с ней – и я добьюсь отмены приговора!