Онлайн книга «Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти»
|
Машина рванулась с места, Мечислав тут же выжал газ и перешел сперва на вторую, а потом сразу на четвертую скорость. Некоторое время все молчали. — Куда мы едем? – наконец спросила я. — Пока еще не знаю. Снегирев был моей единственной захоронкой в этом городе. Теперь мне хотелось бы спрятаться от ненужного внимания, но где? — Ко мне нельзя, – заметила я. – Что до моих друзей – Дюшка знает, что и где. Опять к Наде? — Придется, – отозвался Даниэль. — Тогда ей надо позвонить. А то будем дверной замок целовать. Мальчики, обшарьте свои карманы! Мобильника ни у кого нет? Мобильник оказался у паренька. Даниэль протянул его мне. Я зажмурилась – и по памяти набрала Надькин сотовый номер. Хорошо хоть запомнить постаралась. А то сейчас попали бы мы, как кур во щи. Подруга отозвалась только на десятом гудке. — Да? — Надюша, привет! — Юлька?! Ты, что ли?! Ты где пропала?! — Я не пропала! Ой, Надюш, столько всего произошло! Столько всего! — А подробнее можно? — А можно подробности при встрече? Надь, у нас опять хата сгорела, а со мной двое ребят. И нам позарез надо где-то пересидеть до вечера. Не приютишь? — Приютю. Или приючу? Короче, подгребайте! Только вот что – ко мне в общагу не ходите! — Почему? — Записывай адрес. Соломатина двадцать. Там пятиэтажка. Идите в первый подъезд, квартира двенадцать. Кода нет, домофона нет. — А почему туда? — А мне коллега ключики оставила. Она сама укатила на Канары, а меня просила за гербарием приглядывать и кота кормить. Ну, скотинку-то я к себе в общагу заберу, а веники на твоей совести. Если твои ребята чтонибудь с ними сделают, я их сама без наркоза препарирую. — Надь, ты чего! Они же не коровы! — Я того. Кстати, Даниэль с тобой? — А то! — И как у вас с ним? — Подробности при встрече. Идет? — Хорошо. Но ты хоть моему совету последовала? — Да. — Юль, и как он в горизонтальном положении? — Мне понравилось. — Давно бы так! Ладно, приезжай, поболтаем! — Квартира двенадцать. — Так точно. — Надь… — Ну чего еще?! — Захвати с собой чего-нибудь поесть, а? И спиртного. А то я скоро при такой жизни до пневмонии добегу. Я тебе деньги отдам! — Какие нежности при нашей бедности! — Надька, ты неисправима! — Кто бы говорил! Ладно, до встречи! — Ариведерчи! Чао! — Кофе, коньяк, какао! С этими словами Надька и отключилась. Мечислав повернулся ко мне и нехорошо оскалился. — И каков же Даниэль в горизонтальном положении, кудряшка? У меня хватило наглости оскалиться в ответ. — Великолепен. Зеленые глаза скользнули к вампиру в зеркальце заднего вида. — А ты даром времени не теряешь, дружок? — А почему бы и нет?! – задиристо отозвался Даниэль. – Ты можешь поставить на Юлю тридцать три Печати, но любить она будет только меня! А я – ее! — Жалость женщину сгубила, не так ли, кудряшка? — Из жалости я бы с вами переспала, – огрызнулась я. – Если бы других мужчин на земле не осталось! — А ты маленькая нахалка, девочка. — Не вам меня воспитывать! — Почему бы и нет, учитывая мой возраст? И учитывая мою Печать. — А что – Печать обязывает к верности? — Нет, – тут же отозвался Даниэль. – Фамилиар может быть как мужского, так и женского рода. Возможны и гомосексуализм, и лесбиянство, но верность очень редка. — Тем более. — И все же Печать – это гораздо интимнее, чем секс, – не сдавался Мечислав. |