Книга Ведьмам накладывают швы, страница 74 – Джульетта Кросс

— Иви.

— Послушай. Может, я не Провидица, как ты, но ежу понятно, что вы двое хотите друг друга. Да еще как.

— С каких это пор?

— С того самого дня, как я привела тебя в гости к Матео. Боже, Вайолет. Это так очевидно.

— Да о чем ты вообще?

Я почти не помнила тот день. Разве что мне почему-то запало в память, как Нико сжимал в руках бутылку пива. Я тогда засмотрелась на его красивые, мужественные руки.

Она хрипло усмехнулась.

— Ты закрылась, превратившись в сучку. Ты была резкая, грубая и злая.

— Ты преувеличиваешь. Если я где-то и нагрубила, то только потому, что мы опаздывали, а я ненавижу терять время.

— Врушка-врушка, конфетная жрушка!

— Ок, допустим я вела себя как полная мразь. Как из этого следует, что я хочу Нико?

— Потому что так ведут себя, когда западают на парня и пытаются отыгрывать равнодушие. «Смотри, какая я стерва». – Сестра ненадолго прервалась и заговорщицки продолжила: – Кстати, Матео рассказал мне кое-что, о чем тебе, наверное, знать не стоит.

— Эвелин. Ты скажешь мне это немедленно.

— Даже не знаю. Учитывая, что ты запросто можешь бросить это Нико в лицо как бы между делом. Ты девчонка конфликтная, если ты сама еще не заметила.

— Скажи! Немедленно! Или я подолью зелье тебе в гамбо или пиво за ужином в воскресенье.

— Я умею рассеивать заклинания, так что ты только зря потратишь время.

— Ну Иви!

— Ладно, ладно, – рассмеялась она. – Я все равно собиралась тебе рассказать, хотя своей реакцией ты лишний раз доказала, как сильно он тебе нравится. Ты обращала внимание, как часто он к тебе прикасается?

Я мгновенно вспомнила новогодние праздники два года назад. То, как Нико ласкал меня тогда и как мне хотелось, чтобы он прикоснулся ко мне снова. Везде.

— Нет, мы даже ни разу не переспали.

— Да господи, Вайолет. Я не про секс. Я имею в виду обычные прикосновения. К руке, к телу как бы невзначай.

Я задумалась. И правда, на самом деле он часто так делал. Проходя рядом или беря что-нибудь, он постоянно касался моей руки, плеча, бедра. Да даже вчера вечером он постоянно трогал меня. И я его тоже.

До чего приятно было чувствовать его руку на своей – я залилась румянцем при этой мысли. Хоть я и была пьяна, это ощущение мне запомнилось.

— Да. Но это так невинно. Другие парни тоже так делают.

Хотя на самом деле никто не делал это так часто, как Нико.

— Только не оборотни. – Судя по голосу, Иви улыбалась. – Для них прикосновение – это форма диалога или даже заявление.

— И о чем именно он хочет сказать или заявить?

Бабочки порхали у меня в животе, потому что я не сомневалась, что Нико имел в виду.

Сестра раздраженно вздохнула.

— А я всегда считала тебя самой умной из нас. Во всяком случае, в том, что касается мужчин. Ладно, мне пора. Пойду готовить ужин на случай, если Матео не ограничится сырой олениной.

— Фу!

Она снова рассмеялась.

— Ничего, привыкнешь, – сказала она, как будто это был личный совет.

Когда Иви отключилась, я сначала почувствовала облегчение. А потом – злость. Ведь она так и не ответила на мой вопрос!

Страдал ли Нико от одиночества? Я опустилась на скамью и откинулась на спинку, глядя на небо. Луна ярко сияла сквозь корявые, безлистные ветви, раскачиваемые легким ветерком. Что он делает в этот самый момент? О чем думает?

Я сложила руки на груди. Он так часто находил повод коснуться меня самым невинным образом – в студии, в «Котле», да где угодно. Было ли это волчьим ритуалом ухаживания, заявлением о своих правах?