Книга Ведьмам накладывают швы, страница 52 – Джульетта Кросс

— Ой, мне так жаль, – подавленно сказала Ливви.

Я придвинулась к ней и взяла ее за руку.

— Ливви, не переживай. Я говорю это не для того, чтобы тебя обвинить. – Я повернулась к Кумару. – Что касается Девраджа, то татуировка, которую я ему нанесла, подавляет жажду крови. Потому что это единственное, что работает против его магии вампиризма. Он не похож на большинство вампиров, которые наслаждаются процессом высасывания крови.

Джулс бросила взгляд на Рубена, который в ответ лишь приподнял бровь. Мне было интересно, позволяла ли она ему питаться собой, когда они встречались. Сестра ответила мне взглядом холодных, стального оттенка серых глаз.

— А теперь ты работаешь над оберегом для оборотней? – уточнила она.

— Да, мне поможет Нико. Если захочет.

Его серьезное выражение лица немного смягчилось.

— Конечно помогу. В конце концов, это ты окажешь мне крупную услугу, если у тебя все получится. А не наоборот.

— Как ты думаешь, Шейн может желать того же, что и ты? – спросила я.

Я не хотела выставлять напоказ уязвимость Нико – стыд, который он испытывал из-за угрозы потери контроля над собой. Но я подумала, что это важная информация, которую всем нужно услышать.

— Возможно, – ответил он, и между его бровей появилась морщинка. – Когда я был в их стае, Шейн, по-моему, получал удовольствие от драк с другими бандами. С другими стаями. Но иногда он признавал, что не…

Он на мгновение замолчал, явно борясь с желанием признать свою слабость. Мне хотелось протянуть руку и сказать ему, чтобы он этого не делал, – выражение страдания на его лице было для меня невыносимо. Но он все-таки продолжил:

— Потеря контроля далеко не всегда радовала его. Когда его волк бывал на взводе, между нами случались вспышки агрессии.

Джулс выпрямилась и аккуратно сложила руки на коленях. Кому-кому, а ей самообладания было не занимать – и она, как никто другой, готова была посочувствовать.

— Матео тоже приходилось непросто, пока Иви не сняла с него заклятие, – тихо сказала она, кажется припоминая те времена.

— Все оборотни борются с собой, – сказал Нико, и волк внутри дал о себе знать глубиной его голоса. В его глазах промелькнула зеленая вспышка, и он тут же часто заморгал. – Это наше проклятие, – печально подытожил он.

— Проклятие, которое некая ведьма наложила на самого первого из оборотней, – с оттенком горечи добавила я. – Будет логично, если именно ведьма в конечном итоге их от него избавит.

— Нельзя заставить оборотня перестать быть оборотнем, – сказала Джулс. – Это древнее проклятие, и его не получится отменить.

Оно действовало на каждого потомка мужского пола, в венах которого течет кровь оборотня.

— Знаю, – огрызнулась я в ответ, злясь не на Джулс, а на всю эту гребаную ситуацию. – Я просто говорю, что они мучаются напрасно. Из-за одной-единственной ведьмы. Такой же, как мы. Вся эта история с исключением оборотней из общества сверхъестественных привела к тому, что ни одна ведьма никогда не пыталась им помочь. И это чертовски нелепо.

Я заметила, что говорю гораздо громче и агрессивнее, чем хотела. И это определенно не была вина Джулс. Она всего лишь следовала протоколу, установленному вышестоящими в гильдии, и советам нашей матери, которая научилась этому у своей предшественницы, когда та провозгласила то же самое правило. Первым исключением из этой традиции стал Матео.