Книга Снегирь и волк, страница 16 – Татьяна Кадуцкая

Грис спокойно встретил её эмоциональную вспышку.

— А никакого волка не было.

— Что?

— На дорогу выскочил лось и врезался в ваш автомобиль. Ты сидела впереди и была не пристёгнута.

Полина вспомнила обрывки вчерашних фраз.

— …«Женщина вылетела через лобовое стекло…»

— …«И погибла на месте», — закончил Ян. — Сегодня твои похороны.

— Эти ваши чистильщики?

— Специальная группа оборотней с сильными ментальными способностями. Они могут корректировать воспоминания…

Но женщина не слушала, потеряв интерес к особенностям жизни оборотней, да и к жизни в целом.

— Лёшка?

— Твой сын? — уточнил альфа. — Хочешь, чтобы он был жив и здоров?.. Тогда забудь.

— Это мой ребёнок!

— Тогда помни молча. Поверь, лучше будет и тебе, и ему.

… В этот день они никуда не поехали. Полина, раздавленная откровением вожака, не выходила из комнаты.

Ян Грис недовольно нахмурился, когда Полина не появилась утром в столовой. Оборотень справедливо полагал, что дал женщине достаточно времени, чтобы принять как истину — её дом отныне здесь.

— Нора!

— Да, альфа! — домоправительница замерла у входа в столовую.

— Позови Полину!

Полина спокойно выслушала оборотницу и покачала головой:

— Я не хочу.

Нора нахмурилась, мгновенно растеряв всю приветливость и радушие:

— Ты с ума сошла? Это приказ альфы!

— Это не приказ, это самодурство — заставлять человека есть против его желания.

Домоправительница подскочила к молодой женщине и рывком заставила подняться:

— Не тебе судить! Кто ты? Никто! День как стала волчицей — да ты омега, без прав! Загрызут и не заметят. Ты вон какая хорошенькая, а у нас свободных волков чуть не пол-посёлка. Да ещё приезжие. Скажи спасибо, что альфа возится с тобой. Иначе перепользовались бы за сутки всей стаей.

Новенькая задумалась: об иерархии оборотней она ничего не знала, кроме того, что есть альфа — вожак и беты — его заместители. Врождённая осторожность подсказывала не ссориться с Грисом. Она виновато посмотрела на женщину:

— Нора, я многого не знаю, не суди меня строго.

— Иди к альфе, — отмахнулась та, одёргивая блузку, и вышла из спальни.

Полина спустилась вниз, неживым голосом пожелав доброго утра, села за стол и всё под пристальным взглядом волка. Мужчина спокойно вернулся к завтраку. Женщина ковырялась в тарелке, аппетита не было совсем. Решила себя не насиловать, отложила ложку и взяла чашку с чаем. Тут же последовал приказ:

— Поставь на место.

Удивлённо вскинутая чёрная бровь. Мужчина кивнул на полную тарелку:

— Ты не поела.

— Я не хочу.

— Мы это уже обсуждали.

— Я не ем по утрам каши.

— Привыкнешь.

От жёсткого тона настроение испортилось вовсе. Глаза опасно заблестели, не от слёз — от злости. Плакать Полина не любила, единственное, что прошибало на слёзы, — фильмы, похожие на «Титаник». Может, проявила себя вспыльчивость, о которой вчера говорил оборотень, но женщина отчётливо почувствовала, что сорвётся и впервые в жизни устроит самую настоящую истерику. Извинившись, волчица выбежала из-за стола.

Грис, мрачный как туча, через минут десять вошёл в спальню.

— Успокоилась?

Полина как раз выходила из ванны, вытирая лицо полотенцем.

— Собираешься прочитать мне лекцию на тему «Без разрешения альфы не смей встать из-за стола»?

— Вижу, не стоит. Ты уже в курсе, что сделала не так. Просто предупрежу: ещё раз закатишь истерику — накажу.